ЗарегистрироватьсяВойти
  • Китайские успехи в авиапроме

    Военный эксперт Константин Макиенко и Василий Кашин, старший научный сотрудник института дальнего востока, о прошедшем в ноябре 2012 авиасалоне в Чжухае, Китай и стратегических направлениях развития китайского вооружения и авиации.

  • Китайские успехи в авиапроме

    Военный эксперт Константин Макиенко и Василий Кашин, старший научный сотрудник Института Дальнего Востока, о прошедшем в ноябре 2012 авиасалоне в Чжухае, Китай и стратегических направлениях развития китайского вооружения и авиации.

    Константин Макиенко: Добрый день! Сегодня мы беседуем со старшим научным сотрудником Института Дальнего Востока РАН – Василием Борисовичем Кашиным. Напомню, что Василий Кашин – это специалист с одной стороны по Китаю, с другой стороны это очень хороший специалист по военной промышленности Китая, по военно-техническим вопросам, по оборонным вопросам Китайской Народной Республики. Также напомню, что мы уже однажды встречались с Василием Борисовичем, тогда мы разговаривали о ядерных силах Китайской Народной Республики. Но вот с тех пор прошло несколько очень серьезных событий, которые касаются военно-технической сферы, китайской авиационной сферы. С одной стороны имел место ряд достаточно узких военно-технических событий, с другой стороны, естественно, мы не можем проигнорировать такое большое общеполитическое событие, как 18-й Съезд Коммунистической Партии Китая. Обо всем об этом мы сегодня постараемся поговорить с Василием Кашиным. Василий, здравствуйте!

    Василий Кашин: Добрый день!

    Константин Макиенко: Начнем с малого, можно сказать ситуативного, я знаю, что вы были на авиационном салоне в городе Чжухай, который проходит каждые два года. Ваши впечатления? Что вы оттуда вынесли?

    Василий Кашин: Да, я был на выставке в Чжухае, в начале ноября 2012 года, она проходит раз в два года, каждый раз она становится больше. Конечно, она по-прежнему уступает по размерам крупным западным авиашоу. Тем не менее, ее значение растет. Поскольку в Китае запрещено поставлять вооружение странам Евросоюза и США, то западные производители в основном представляют там свою гражданскую технику, Россия и Украина – и гражданскую, и военную, а китайцы представляют все свои достижения. Если говорить о тенденциях этого салона с точки зрения китайских предложений, то было очень много беспилотных летательных аппаратов. В том числе ударных и разведывательно-ударных. Был китайский аналог американского беспилотника. Такой разведывательно-ударный аппарат под названием «Птеродактиль». Он несет довольно широкий ассортимент корректируемых авиабомб, и ракет, в дополнение к разведывательному оборудованию.

    Константин Макиенко: Вот по твоим ощущениям – это уже операциональные беспилотники или это, скорее всего, еще только концепты, модели?

    Василий Кашин: Этот он еще в стадии испытаний, но он на пути к ВСК. В целом у них уже есть некоторые успехи в оснащении беспилотниками как войск, так и разных военизированных агентств, таких как береговая охрана, океанографическое управление, рыбоохрана, то есть они движутся к этому. Очень много производителей занимается изготовлением беспилотников полного спектра – начиная от ручных, переносных, тактических беспилотников, которые могут переноситься индивидуальным солдатом, и заканчивая проектами уже таких стратегических разведчиков.

    Константин Макиенко: То есть и разведывательные, и ударные, вы сказали?

    Василий Кашин: Да, над ударными беспилотниками идет довольно активная работа. Довольно много авиационных средств поражения. Очень широкий ассортимент корректируемых авиабомб, как с лазерным наведением, так и вот аналогов «Джейдамов», то есть с наведением от спутниковой системы позиционирования. Китайцы строят свою систему и используют в настоящее время сигнал ГЛОНАСС в своих военных системах.

    Константин Макиенко: А собственную систему они используют?

    Василий Кашин: Собственную систему они строят, они ее, конечно, используют, но она только в этом году. Если я не ошибаюсь система «Beido2» должна быть способна покрывать весь азиатский, тихоокеанский регион, то есть она еще в стадии становления. Работа над новыми ракетами «воздух-поверхность», то есть была новая противорадиолокационная ракета продемонстрирована. Они представили детальный макет своего второго истребителя 5-го поколения.

    Константин Макиенко: Об этом мы еще поговорим.

    Василий Кашин: Да. Был представлен ассортимент, довольно большой средств ПВО, в том числе там такой комплекс «FК-1000», концептуально близкий к нашему «Панцирю-С», но он пока у них только в стадии макета. Но, тем не менее, и ракета по своему виду очень напоминает ракету.

    Константин Макиенко: Это типично по-китайски.

    Василий Кашин: Да, «Панцирь С», но, видимо, им эта концепция нравится, они хотят сами сделать нечто подобное.

    Константин Макиенко: Что касается собственно самолетов, платформ, что было представлено? Понятно «G10» в том числе, там пилотаж накоплен.

    Василий Кашин: Был представлен «G10», был представлен «FC-1», в том числе «FC-1» пакистанских ВВС. Как и на других выставках – это всегда обращает на себя внимание – не были представлены китайские самолеты на базе «Су-27», то есть «G11B», «G15», «G16».

    Константин Макиенко: А собственно «Cу-27» или «Cу-30» были?

    Василий Кашин: Нет, только наши.

    Константин Макиенко: Российские, да?

    Василий Кашин: Да, российские.

    Константин Макиенко: Китайских не было?

    Василий Кашин: Китайских, нет.

    Константин Макиенко: То есть семейство «Cу-27» или «Cу-30» в принципе отсутствовало, если не считать русских «Витязей»?

    Василий Кашин: Да. Исходя из всего, что известно, на самом деле, программа на базе «Cу-27» - это самые главные китайские авиационные программы. Они гораздо важнее чем «G10», их довольно много выпускается, вероятно 30-36 штук в год. Под них закупается большое количество двигателей в России. В этом году заключен контракт на 140 двигателей «Л-31Ф». С самого начала было ясно, что эти самолеты важны, потому что еще в начале 90-х – в 90-м году, когда с китайцами только начиналась ВТС, им предлагались на выбор «МиГ-29» и «Су-27», они выбрали «Су-27», потому что для них наиболее важен тяжелый истребитель, способный действовать над морем. Объяснение того, почему они его не показывают, состоит видимо в том, что с одной стороны он важен, он выпускается, с другой стороны у него видимо есть какие-то проблемы, какие-то есть, может быть, слабости или особенности.

    Константин Макиенко: Уточним, что речь идет о клонах.

    Василий Кашин: Да, о клонах, таких измененных, к которым они не хотели, бы привлекать внимание. Дело в том, что они сделаны на базе «Су-27», такие самолеты как «G11B», но они имеют там отличия. Они попытались их усовершенствовать, расширено применение композитов в планере, за счет чего самолет стал легче. Там совсем другое по сравнению с «Су-27» бортовое радиоэлектронное оборудование – оно более совершенное. Они попытались сделать этот самолет многофункциональным. Однако видимо что-то есть там такое к чему они не хотели привлекать внимание, в общем, его обычно не показывают. И руководство китайское авиастроительной компании «Авик», во всяких выступлениях, где говориться о достижениях, почему то об этих самолетах не говорит.

    Константин Макиенко: Есть у тебя какое-то представление – российские поставки их можно посчитать, там порядка 280 самолетов было поставлено им. Я имею в виду «Су-27» - «СУ-30», плюс комплекты, не плюс, а это входит в эти 280 (281, если быть совсем уж точным). Причем первые поставленные в 92-м, они уже списываются. Есть у тебя какое-то представление, а сколько китайцы собственных сделали не лицензионных?

    Василий Кашин: После разрыва лицензии точного подсчета нет. Я думаю, что там уже речь идет о количестве существенно большем, чем сотня. То есть в последнее время есть примеры перевооружения, там бригады за раз. В бригаде там может быть 36 самолетов. Это у них новая форма, раньше бригад не было в ВВС, а сейчас они с 2011 года, появляются. В последние годы, скажем так, в последние 3-4 года, может быть, от 24 до 36 самолетов они делают.

    Константин Макиенко: Ежегодно?

    Василий Кашин: Да. Серийных, а есть еще опытные.

    Константин Макиенко: Это означает, что к 400 они уже точно подошли, я имею ввиду и русские и собственные.

    Василий Кашин: Да.

    Константин Макиенко: А может быть уже и за 400 тяжелых истребителей перешагнули.

    Василий Кашин: Там есть еще такие интересные моменты. Во-первых, они единственная страна в мире, которая делает с нуля сейчас свой большой гидросамолет, находящийся в одной весовой категории с «Bе-200», но он в отличие от «Bе-200» турбовинтовой, 4-х моторный, но, тем не менее, у него примерно та же масса и примерно такое же предназначение. Они не видят его в качестве транспортного – это именно пожарный и спасательный самолет. Потом они представили странную довольно-таки концепцию боевых, по всей видимости, винтокрылов, то есть это такие виды летательных аппаратов, как комбинация вертолета и самолета.

    Константин Макиенко: То, что «Osprey» у американцев, да?

    Василий Кашин: Там конвертоплан у них был проект, это который меняет…

    Константин Макиенко: …направление.

    Василий Кашин: А есть еще винтокрылы – это над которыми работали в СССР. Это вертолет с дополнительным тянущим вперед двигателем.

    Константин Макиенко: Понятно, да, то есть помимо вертикальных винтов есть еще и горизонтальный.

    Василий Кашин: Да, и за счет этого способный разгоняться. В СССР велись над этим работы, но не стали такого делать, потому что это слишком технически рискованно. А у них макеты – видимо, они вот какую-то такую боевую машину на их массе по этой схеме пытаются сделать.

    Константин Макиенко: Это видимо ответ на всякие конвертопланы, скорее всего?

    Василий Кашин: Видимо, да.

    Константин Макиенко: Конвертопланы – технологически более сложная вещь.

    Василий Кашин: Да.

    Константин Макиенко: Хотя не факт.

    Василий Кашин: Они одинаково сложные, это безумно сложно. Советский Союз отказался от этих проектов, хотя были такие варианты. Даже, когда замышлялся новый боевой вертолет – был вариант делать «Ми-28», как нормальный вертолет, а был как боевой винтокрыл – от этого отказались, потому что там какие-то очень сложные технические проблемы в согласовании работы всех этих установок, чтобы все это не улетело непонятно куда. То есть это как бы интересно, что китайцы, у которых проблема, в общем-то, с производством обычных вертолетов. Они вот замахиваются на такую сложную тему, которая мало кому по силам.

    Константин Макиенко: Что называется, пусть расцветает сто цветов – какой-нибудь да расцветет.

    Василий Кашин: Да. Пусть потратят денежки.

    Константин Макиенко: Да. Действительно не можем мы обойти вниманием вопрос «G-31», второй истребитель 5-го поколения. Напомню, что первый «G-20» был поднят еще в 2011 году – это такой довольно уродливый и очень крупный самолет, который, по всей видимости, будет ударные задачи выполнять. Если он вообще когда-нибудь станет реальным боевым авиационным комплексом. А вот то, что в Шэньяне полетело накануне 18-го Съезда, это уже гораздо больше напоминает настоящий истребитель. Вот расскажи, во-первых, был ли он представлен на выставке? В каком виде? И какое у тебя от этого всего проекта впечатление?

    Василий Кашин: Была представлена модель «G-31», под названием «Концепция перспективного истребителя». Больше ничего представлено не было. Можно было просто вот отснять эту модель, что несколько расширяло данные по сравнению с ранее появлявшимися фотографиями в Интернете. Было известно еще до появления этих фотографий, что параллельная работа над вторым проектом в Шэньяне идет. Шэньянский проект не является конкурентом проекта, который разрабатывается в Чэнду.

    Константин Макиенко: Как дополнение некое.

    Василий Кашин: Да, это два разных типа, это видно из того, что в разное время появились. Если бы в одно время они бы пытались участвовать в конкурсе, они бы попытались выкатить. Кроме того ранее еще были совершенно четкие концептуальные заявления руководства китайской авиастроительной корпорации «Авик» о том, что в дальнейшем в развитии китайской авиационной промышленности необходимо избегать неконструктивной конкуренции, и вообще избегать параллельных программ. Они не стали бы вот такие гигантские проекты дробить на две части, то есть это два отдельных проекта. Этот самолет он на много меньше, он видимо является именно истребителем для ведения воздушного боя, прежде всего. То есть его основная задача это завоевание господства в воздухе. Он потенциально может базироваться на авианосце, его нельзя, наверное, отнести к категории легких истребителей. Но скажем он легче, чем «G-20», он легче чем «Су-27».

    Константин Макиенко: То есть это 20-тонная, скорее всего категория.

    Василий Кашин: Да, примерно где-то так. На данный момент они на него пытаются, пытаются на нем использовать двигатели, находящиеся в одном классе с нашими «РД-93». То есть с двигателями, которые поставляются для экспортного истребителя «FC-1», и которые сделаны просто на базе «МиГ-29».

    Константин Макиенко: То есть это пока, что российский двигатель.

    Василий Кашин: Да. И то, что возможно они ставят, какие-то сейчас экспериментальные варианты – они пытаются создать аналог российского двигателя под названием «WS13», но исходя из всех данных, которые есть, у них достигнутый ресурс очень мал. У них есть две программы замены российских двигателей для истребителей «AL-31F» и «AL-31FN», должны заменяться двигателями «Тайхан», у которых на данный момент ресурс до капитального ремонта составляет 300 часов – это в несколько раз меньше, чем у российских аналогов. Соответственно для замены двигателя «РД-93», они работают над двигателем WS-13 «Тайшань». Вот этот «Тайшань» он в еще более ранней стадии по сравнению с «Тайханом» находится, судя по тому, что про него известно. При этом он уже их не очень устраивает. Даже вот «РД-93» он их, как российский, не во всем их устраивает, они хотели бы что-то помощнее.

    Константин Макиенко: Понятно там огрубленные характеристики – это ж даже не «РД-33», там уже заниженные характеристики.

    Василий Кашин: Да. Они хотели бы что-то получить получше. Поэтому пока что это российские двигатели. Кроме того во всех этих китайских программах 5-го поколения большая неизвестная ключевая – это их способность создать радиолокационную станцию с активной фазированной антенной решеткой.

    Константин Макиенко: Особенно с активной.

    Василий Кашин: Они создают такие станции дальнего обнаружения, но вот готовы ли они создать…

    Константин Макиенко: Компактную истребительную.

    Василий Кашин: …именно компактную истребительную радиолокационную станцию для управления стрельбой – это вопрос. Пока что каких-то супер достижений у них в этом не было.

    Константин Макиенко: Сам самолет бросается в глаза, что он похож на «F-35», с той разницей, что он двухдвигательный. По твоим ощущениям это чистое копирование?

    Василий Кашин: Были американские публикации, вполне однозначные, что в 2009 году, произошел взлом компьютерных сетей.

    Константин Макиенко: «Локхида»?

    Василий Кашин: Да. Через него там еще другие, через него они пролезли в сети Пентагона. В общем, крупный взлом компьютерных сетей у компании госорганов вовлеченных в программу «F-35».

    Константин Макиенко: Еще раз, какой год?

    Василий Кашин: Это 2009 год.

    Константин Макиенко: Как раз три года.

    Василий Кашин: Да. Когда американцы обнаружили, вероятно, что-то было и дальше. В общем, действительно даже сопоставление фото показывает детальное сходство планера «G-31» и «F-35», в некотором роде – это исторический такой момент.

    Константин Макиенко: Начало кибервойны.

    Василий Кашин: Да. Мы видим самолет, который является во многом именно продуктом кибершпионажа. То есть, украден целиком какой-то важный, очень важный массив информации. Другое дело, что это не касается и американцы тоже об этом заявляли, что это были данные там о конструкции планера какой-то компоновки самолета. Но более важные компоненты: двигатель, радиолокационную станцию, всякие информационные системы, кабины и прочее – этого у китайцев нет, это уже надо самим делать, или, по крайней мере, считается, что нет. Может быть там, выясниться, что у американцев все дырявое, и китайцы все украли, но пока как бы все говорит о том, что нет.

    Константин Макиенко: В общем, пока мы вынуждены констатировать. Что в то время, когда Россия сосредоточилась (и это разумно) на создании истребителя, тяжелого истребителя 5-го поколения – китайцы идут двумя путями, и создавая с одной стороны более тяжелые, по всей видимости, ориентированные на выполнение ударных задач истребителя или машину скорее, да, самолет. В тоже время они создают и относительно легкий истребитель. В общем, это повод для беспокойства, наверное.

    Василий Кашин: Да.

    Константин Макиенко: Потому, что если Россия упустит нишу легких, средне легких истребителей – это, в общем, будет очень не здорово.

    Василий Кашин: Конечно, да, это расширит их экспортные возможности. Конечно, нам надо думать, чтобы мы могли противопоставить. Конечно, всегда есть вероятность, что у них ничего не получится или получится, но слишком поздно как, не раз бывало, но надо исходить из худшего. Поэтому действительно как бы заявка у них очень мощная, и надо относиться к ней серьезно. Потому что денег они готовы «закопать» много в это дело. Видимо каналы какие-то получений технологий на Западе – у них довольно хорошие, именно разведывательным путем.

    Константин Макиенко: И к третьему ивенту прейдем, давай, тоже совершенно недавний, но уже после 18-го Съезда, то есть не подарок к Съезду, а после Съезда, – это первая посадка китайского (или выглядевшего, как китайский) истребителя на палубу авианосца. Опять расскажи, что это за проект «G-15»? И вообще твоя оценка этого события?

    Василий Кашин: «G-15» разрабатывался на основе полученного на Украине раннего прототипа нашего палубного истребителя «Су-33». Там один из этих прототипов «Т-10К» - он оставался в Феодосии после распада СССР. К сожалению, видимо, если бы раньше как-то приняли меры, чтобы его оттуда выкупить, достать...

    Константин Макиенко: Тем более что это все за копейки можно было сделать.

    Василий Кашин: Все несколько может пошло бы иначе, но китайцы получили этот самолет. Видимо какая-то оставалась на Украине и документация, они получили данные о нем. До этого они пытались у нас купить образцы, но Россия отказывалась. Россия была готова поставить только товарную партию, но они вот решили дешево это сделать. Этот прототип они скопировали до мельчайших деталей, если мы говорим о внешнем облике, там о планере самолета, там все соблюдено с точностью как было именно на этом прототипе – конструкция крыла, механизация, там расположение даже разных приборов – внешне все полностью скопировано. Другое дело, что, во-первых, насколько на этом раннем прототипе имелось бортовое радиоэлектронное оборудование, во-вторых, это оборудование, если там что-то имелось – оно не представляет сейчас интереса безнадежно устарело. Тут китайцам видимо приходится все делать самим. Насколько это все доведено, как это все организованно, и что там работает или нет – это большая и важная загадка. Сами обстоятельства этого полета – они интересны. Известно, что авианосец вышел в море для проведения испытаний 10-го ноября. В этот момент шел 18-й Съезд КПК. Последним днем Съезда было 14-е ноября. 15-го ноября была такая кульминация – пленума новоизбранного ЦК и формирование высшего руководства страны. Логично предположить, что китайцы предполагали провести эту посадку до 15-го.

    Константин Макиенко: Во время Съезда или до Съезда даже.

    Василий Кашин: Да, до 15-го ноября. Начался он за день до выхода авианосца. Но логично предположить, что они хотели бы до 15-го ноября это уже показать. Этого не произошло. Дальше 20-го ноября в китайских СМИ появляется сообщение, что вот это произошло: «Мы совершили посадку на борт авианосца». Но нет никаких…

    Константин Макиенко: Ни съемок, ни видеоматериалов.

    Василий Кашин: …ни съемок, ни подтверждений. Потом проходит еще время и 25 ноября китайские официальные СМИ выдают сообщение о том, что самолет сел, выдаются фотографии. И вслед за этим идет сообщение, что находившийся на борту авианосца генеральный конструктор самолета – руководитель Шэньянской авиационной промышленной корпорацией Ло Ян – умер от сердечного приступа, ему было на этот момент 51 год.

    Константин Макиенко: Прямо на борту корабля.

    Василий Кашин: Да, прямо на борту корабля. Такая динамика – выход во время Съезда, то, что ничего не происходит во время Съезда. Не подтвержденное сообщение 20-го числа и эти два сообщения 25-го – позволяет предположить, что что-то там, наверное, пошло не совсем гладко и не с первого раза. То есть, тем не менее, это сделано, это открывает путь для дальнейшего...

    Константин Макиенко: В принципе это выдающийся по любым параметрам успех.

    Василий Кашин: Да, все равно, да, это.

    Константин Макиенко: В 2012 году Китай, пусть и используя не собственное, а разным образом полученные импортные технологии, но, в общем, достиг, того, что СССР достиг в 89-м. У нас были первые посадки таких тяжелых самолетов горизонтального центра.

    Василий Кашин: Да, они это сделали – это очень крупное достижение. Они можно сказать четвертая страна, которая имеет свою оригинальную технологию.

    Константин Макиенко: Относительно оригинальную.

    Василий Кашин: Относительно, но неважно как они это получили, важно, что это…

    Константин Макиенко: Важно, что оно есть.

    Василий Кашин: …работает теперь. Теперь насколько это надежно работает, и сколько это надо будет доводить до приемлемого состояния – это вопрос. Опять же, как бы вот, когда они, полагаясь на такую модель заимствования чужих технологий, они тоже попадают в своего рода ловушку, потому что когда они выходят на какой-то уровень, где уже не так легко достать прототип, там уже приходится действовать самим, а это трудно.

    Константин Макиенко: И не привычно.

    Василий Кашин: Да, и не привычно. Сколько у них это займет времени? Это большой-большой вопрос. И до какой стадии они это доведут? Очевидно, что рано или поздно это у них заработает, на каком-то уровне, у них будет палубный истребитель. То есть когда они как-то убедятся, что более-менее приемлемо вся эта система работает у них. Они видимо приступят к строительству следующих авианосцев. Известно, что у них есть модернизированный уже под это дело судостроительный завод, и известно, что в перспективе они, конечно, не собираются строить корабли по схеме вот «Варяга» или «Адмирала Кузнецова».

    Константин Макиенко: Еще с катапультой.

    Василий Кашин: Да. Более того они планируют строить корабли с электромагнитной катапультой и атомной силовой установкой, то есть это будут большие авианосцы американского образца. Может быть не такие крупные, как американские, но это не будет что-то там похожие на наши эти крейсера. Но чтобы к этому приступить – к следующему этапу – им надо еще какое-то время протестировать этот «Варяг», эти самолеты, которые они для него делают.

    Константин Макиенко: Фактически это будет такая учебная платформа.

    Василий Кашин: Это будет, да, учебная платформа.

    Константин Макиенко: Они летчиков пока будут накапливать.

    Василий Кашин: И в принципе, да, пока они будут обучать летчиков, они могут параллельно заниматься доведением, доработкой вооружения и бортовых радиоэлектронных средств этого своего палубного истребителя. Вот они видимо этому могут спокойно ближайшие несколько лет посвятить. А дальше там уже все выйдет на новую фазу, но это потребует времени, потому что пока что все видимо не настолько гладко.

    Константин Макиенко: Последний на сегодня, по крайней мере, вопрос. Прошел 18-й Съезд КПК. Означает ли это начало какого-то нового этапа в военном строительстве? Или военное строительство от Съездов не зависит – оно идет, как идет?

    Василий Кашин: В этой передачи власти главная особенность состоит в том, что представитель предыдущего поколения не остался на некоторое время во главе Центрального военного совета.

    Константин Макиенко: Смена тотальная.

    Василий Кашин: Да, когда была предыдущая смена – уходил Цзян Дземин из государственных постов, он на два года остался во главе Центрального военного совета. Центральный военный совет – это такой орган, что когда вы стоите во главе его, фактически вы являетесь самой сильной фигурой. Потому что в Китае в отличие от СССР или от России, армия контролирует еще и большую часть спецслужб. Плюс Центральный военный совет может командовать китайским аналогом внутренних войск – Народной вооруженной полицией. Помимо спецслужб в его ведении и правительственная связь.

    Константин Макиенко: Понятно, в общем, тот, кто контролирует армию, тот и является фактическим руководителем страны.

    Василий Кашин: Да, то есть можно, не подкопаешься под такую фигуру. Сейчас произошел полный уход, что сразу делает Си Цзиньпина сильнейшей фигурой. Он, конечно, будет заниматься укреплением своей власти, оттиранием сторону своих каких-то бывших врагов и так далее. Но он уже сейчас с самого начала гораздо сильнее и самостоятельнее, чем те, кто приходил к власти до него. Это дает возможность ему предпринимать какие-то серьезные изменения, принимать какие-то единоличные решения. Возможно, он этим воспользуется и некоторые указания на то, что это предстоит, были. Есть такое общее ощущение, что страна будет проводить несколько более наступательную жесткую политику в отстаивании своих интересов. Возможно, военные получат побольше. У военных тоже произошла полная смена состава Центрального военного совета, вот именно его военной части, там все старые, почти все генералы ушли. Пришли новые – пришли новые руководители генштаба, главного политического управления. Главное политическое управление очень важно в Китае, потому что это еще и суды, военные прокуроры и военная контрразведка им подчиняется. Там тоже люди сменились, этому тоже предшествовала какая-то внутренняя борьба среди военных. У них там свой отдельный мир, где они тоже между собой сводят счеты. То есть действительно создаются условия для того, чтобы какие-то назревшие изменения во внешней политике и в военном строительстве произвести.

    Константин Макиенко: Говорить о том, что начался какой-то новый этап модернизации вооруженных сил так не приходится. Ведь у них был первый этап, второй, третий этап.

    Василий Кашин: Как это происходило? Сейчас пройдет какое-то время, Си Цзиньпин уже полностью усядется – ему в марте передадут полномочия председателя КНР. Потом может произойти какое-нибудь событие. Например, специальное расширенное заседание Центрального военного совета или какое-нибудь программное выступление, где он вполне вероятно сформулирует в новом виде какие-то задачи для вооруженных сил. Скорее всего, он это сделает, потому что обычно каждый раз, когда приходил новый лидер, через какое-то время это вот случалось. Он это сделает, что-нибудь такое там скажет. Обычно это шло такое постепенное расширение задач уже там, что есть какие-то, вводились понятия сферы интересов.

    Константин Макиенко: Понятно. В общем, когда он это сделает, это будет для нас повод еще с тобой раз встретиться и поговорить.

    Василий Кашин: Да, это будет уже такое важное событие.

    Константин Макиенко: Вот видите, сколько буквально за 3-4 месяца интересного произошло в Китае. Понятно, что китайскую тему мы будем продолжать и дальше тесно рассматривать, а в этом нам будет помогать Василий Кашин.

    Василий Кашин: Спасибо.

  • Рейтинг
    2
    Теги:
Другие выпуски программы
Также по теме
Статистика программы
Создана:
20 июня 2012
Всего выпусков:
40
Последний выпуск:
22 октября 2014
Подписчиков:
0
Всего комментариев:
42
Ведущие
Гости
Комментарии работают через системуDisqus