Подписка на обновления:
Подписаться

Гражданское оружие: за или против?

День ТВ   08.08.2012   5723   26   00:26:18  

Программа «Общество»

Ведущий
Алексей Михайлов
Гость
Максим Смаль
Гость
Мария Бутина
Федеральный координатор движения «Право на оружие» Мария Бутина и председатель Московской Городской Коллегии Адвокатов Максим Смаль. О легализации коротко-ствольного оружия. Ведущий — Алексей Михайлов.

Гражданское оружие: за или против?

 

Федеральный координатор движения «Право на оружие» Мария Бутина и председатель Московской Городской Коллегии Адвокатов Максим Смаль.

О легализации коротко-ствольного оружия. Ведущий — Алексей Михайлов.

 

Алексей Михайлов: Здравствуйте. Сегодня мы обсуждаем тему легализации гражданского короткоствольного оружия. Тема актуализировалась и, можно сказать, вышла на государственный уровень с докладом первого зампреда Совета Федерации РФ Торшина, который был презентован. Сейчас мы будем беседовать, в том числе и с одним из разработчиков этого доклада, человеком, который поддерживает линию и также с оппонентом. Я думаю, сейчас они представятся. Давайте, Мария, начнем с вас.

Мария Бутина: Я действительно являюсь одним из экспертов доклада. Представлюсь уважаемым коллегам. Меня зовут Мария Бутина. Я также представляю движение «Право на оружие», а именно сторонников легализации короткоствольного оружия и самообороны граждан.

Алексей Михайлов: Ваш уважаемый оппонент.

Максим Смаль: Максим Смаль, председатель Московской Городской Коллегии Адвокатов «Смаль и партнеры». Я являюсь оппонентом, так как я считаю, что нет необходимости на данном этапе у России.

Алексей Михайлов: Спасибо. Я, Михайлов Алексей, представляю Конгресс Русских Общин. Несмотря на то, что наша организация и моя личная позиция ближе к позиции Марии, я постараюсь все-таки сохранять некий нейтралитет, насколько это получится.

Максим Смаль: Уж постарайтесь.

Алексей Михайлов: Давайте тогда приступим к рассмотрению деталей этого вопроса и, на мой взгляд, самый главный возникающий момент, связанный с легализацией оружия. Возражения со стороны тех, кто «против», состоит в том, что менталитет нашего народа и отсутствие культуры оружия не позволяют это делать. Случится нечто страшное, если короткоствол будет разрешен именно по причине какого-то особого менталитета. Этот вопрос я, прежде всего, адресую оппоненту. Начнем с вас. Конкретно, если можно. В чем состоит разница менталитета? Почему там получается, а здесь обязательно не получится?

Максим Смаль: Вы знаете, это такая тонкая грань, потому что если говорить про менталитет и делать некий экскурс в историю…

Алексей Михайлов: Основной аргумент.

Максим Смаль: Конечно, наоборот. В России оружие всегда присутствовало и соответствующее воспитание было. Изначально давалось детям то образование, которое позволяло людям абсолютно правильно относиться к наличию оружия. В нашей стране, к сожалению, длительный период времени развивались другие традиции, которые на сегодняшний день у меня вызывают большое опасение. Эти традиции, другие и не очень хорошие, как раз они не позволят российскому населению, людям, правильно, адекватно оценивать …

Алексей Михайлов: Какие именно?

Максим Смаль: Вы понимаете, дело в том, что это колоссальное расслоение в обществе, невероятный алкоголизм и пьянство абсолютно всех слоев населения, не обустроенность жизни, разное эмоциональное восприятие друг друга. Плюс большое количество разных национальностей, разрозненных на сегодняшний день по большому счету. Все-таки в Советском союзе это было несколько по-другому. В какой-то степени озлобленность людей присутствует в повседневной жизни. Знаете, я как доктор, специализирующийся на какой-то определенной болезни, он встречает в своей жизни, в профессии только исключительно больных людей, естественно, основываясь на некий диагноз, в ком таких видит всегда. Другой человек, допустим актер, видит зрителей. Он видит позитивных людей. В данной ситуации я не знаю, насколько я могу быть объективным, я сталкиваюсь по роду своей деятельности исключительно с негативом, связанным не только с наличием оружия, но вообще с негативом в обществе.

Алексей Михайлов: Социальный пессимизм, можно так, наверно, это обозначить. Действительно, негативный настрой, конфликтный.

Максим Смаль: Конфликтный настрой, абсолютно.

Алексей Михайлов: Отчасти я могу согласиться, перед тем как передать слово Марии. Да, у многих, даже у тех, кто мог бы достойно, на мой взгляд, владеть и пользоваться оружием, у них самих ровно такие же опасения. Мария, что вы можете сказать?

Мария Бутина: Очень интересная эта позиция, кстати, я очень часто ее слышу.

Алексей Михайлов: Да, поэтому мы с нее начали.

Мария Бутина: Когда люди рассуждают таким образом, что мне можно, а всем остальным нельзя. На самом деле, это, конечно, не так. Если вы проведете элементарный опрос своих друзей и друзей своих друзей, то вы узнаете, что кто-нибудь из них хочет применять оружие в непротивоправном (мы сейчас об оружии говорим) и вы поймете, что нет. Вопрос в том, где эти самые криминальные элементы, у которых, кстати говоря, и есть оружие? То есть преступника не разоружаем, а почему-то при попытке снизить преступность – запрещаем обороняться гражданам. Странно, конечно. Что касается культуры оружейной, то Максим правильно сказал. Она у нас была и была даже в Советском союзе. Как я вам напомню, оружие даже там продавалось просто по охотбилетам, в обычном хозяйственном магазине. Такого недоверия к гражданам в общем-то, не было. Хотя оружие – ружье, короткоствольное, длинноствольное – оно же очень мощное, то есть речь не идет о пистолете.

Кстати говоря, я нашла достаточно интересные данные о пистолете. Один из моих сторонников прислал на мою электронную почту выдержку из учебника, офицерской инструкции, где описывается предназначение пистолета ТТ. Так вот, там четко описывается, что этот пистолет именно для того, чтобы противника остановить, привести  в неготовность к бою. Ни о каком нападении с пистолетом даже в офицерском учебнике речи не идет. Другой разговор – это винтовка или что-то другое. Поэтому насчет уровня пьянства – это, пожалуйста, мой любимый пример – Молдова. В Молдове можно и преступность там снизилась, и сама полиция в Молдове признала, что им необходима помощь гражданам в защите их самих. Они защитили себя.

Максим Смаль: Кстати, что касается Молдовы и вообще кавказских стран.

Алексей Михайлов: Вот это будет наш следующий вопрос. Давайте, если вы закончили или есть еще что-то?

Мария Бутина: Вы знаете, этот вопрос можно продолжать бесконечно.

Алексей Михайлов: Давайте мы его действительно детализируем. Следующий пункт касается как раз Кавказа. Как совершенно проинтуитили правильно. Если мы говорим о русском менталитете, который вызывает в этом плане некоторые сомнения, то менталитет кавказский вызывает еще большие сомнения. От самих кавказцев мне приходилось слышать такое: «Нам нельзя, никак, у нас же такая конфликтность».

Мария Бутина: …а там – нет.

Алексей Михайлов: Поэтому русские регионы опасаются, что оттуда пойдет оружие сюда и применяться оно будет здесь. Есть прецеденты, когда выходцы из определенных регионов, действительно, очень нервно реагируют и на бытовой почве склонны применять травматическое оружие. Мы знаем эти случаи. Они не получают широкий резонанс. Хотелось бы здесь понять, ладно, если у русского человека, действительно, в свое время культура была, мы все-таки ближе к Европе. Что же касается Кавказа? Давайте тогда с вас начнем.

Мария Бутина: Во-первых, на Кавказе самая низкая преступность по России. Если мы посмотрим официальные данные, то именно эти регионы, в частности Чечня, обладает самым низким уровнем преступности по России, то есть там показатели в разы ниже. Вот, пожалуйста, пример. Почему? Это фактор взаимного сдерживания. У людей оружие есть? Да, они вооружены травматическим оружием.

Алексей Михайлов: Не будет ли оно здесь применяться?

Мария Бутина: Естественно, нет. Ведь понимаете вопрос в том, что такое оружие? Почему не случилось третьей мировой войны? Потому что в данном случае ядерное оружие стало фактором взаимного сдерживания. У одной стороны есть, но и вторая сторона может это сделать. Поэтому этот фактор взаимного сдерживания создает и короткоствольное оружие, точно так же пример Кавказа в этом отношении показателен. Если вы побеседуете с представителями этих народов, то вы поймете. Я с ними часто очень общалась и они, действительно, говорят: «Я никогда не буду применять оружие, потому что я знаю, что в случае чего оружие может быть применено против меня». Поэтому это только уравняет шансы, то есть нельзя давать возможность, ведь преступник может приобрести для противоправных действий оружие, нельзя в этом случае не давать гражданину возможности для защиты.

Алексей Михайлов: Понятно, да.

Максим Смаль: Я начал говорить о Кавказе и продолжу немного с другой точки зрения, как раз про спиртное. Молдова, Кавказ. На Кавказе детям прививается правильное отношение к вину, к потреблению вина. У меня огромное количество друзей кавказцев, которые за столом, несовершеннолетние дети, они могут спокойно с определенного возраста выпить вина и это не означает, что они станут алкоголиками. Поэтому я как раз наоборот хотел сказать, что это не совсем правильный пример – Молдова, Кавказ. Есть ли они там вообще алкоголики? Я не знаю среди кавказцев ни одного алкоголика, честно говоря. Среди русских их огромное количество, поэтому это неправильный пример, это раз. Второе, мне кажется, что как раз, наоборот – на Кавказе сохранилась культура правильного отношения к оружию. В России, к сожалению нет.

Мария Бутина: А Прибалтика?

Максим Смаль: Прибалтика вообще не наша страна.

Мария Бутина: А то, что там шкалит процент русских – это ничего?

Максим Смаль: Ладно, подождите. Дело не в этом. Дело в том, что все-таки Европа и Россия это две большие разницы, а Кавказ тем более. В России есть просто разные регионы. Есть Москва – мегаполис, в котором сосредоточено огромное количество разных национальностей.   Я был, извиняюсь, в Тбилиси и милее, и порядочнее людей в общей массе своей я последнее время редко где встречал. Тем не менее, в Москве иногда мы сталкиваемся с представителями разных национальностей, которые не всегда должны являться лицом этой национальности. Они, может быть, плохие люди – в семье не без урода. Поэтому национальность – это очень такая тонкая грань. Хотя в каждой национальности существуют свои, воспитанные в семье, в народности, правила поведения. Особенно я говорю про мегаполисы. Москва, мы берем не какую-то местность, где все друг друга знают и наличие оружия там не помешает, там оно может быть только в плюс. Именно Москва и Питер – мегаполисы. Поэтому здесь, конечно, столкновения – это столкновения культур, интересов, взглядов, фраз. Неправильно высказанная фраза может вызывать у человека соответствующую реакцию. Пока мы подойдем к тому моменту, когда люди будут понимать, что у каждого может находиться в кармане пистолет и не нужно делать неправильных каких-то шагов, движений …

Алексей Михайлов: Вот это и есть желаемое.

Максим Смаль: …к этому моменту перестреляют друг друга очень многие.

Мария Бутина: Нет, конечно. Вот смотрите…

Алексей Михайлов: Если можно, то кратко.

Мария Бутина: Вот вам пример. Многонациональные страны, США имеют показатели преступности вдвое ниже, чем по России.

Максим Смаль: Здесь история другая.

Мария Бутина: Ну и что?

Максим Смаль: Они давно уже друг друга перестреляли и успокоились.

Мария Бутина: Нет. Во-первых, нет. Во-первых, США являются, в некоторых регионах, у них там в некоторых штатах ограничено оружие. Там, где ограничено оружие, короткоствольное, естественно, там выше преступность. Поэтому тут знаете, некорректно, наверное, сравнивать.

Максим Смаль: Некорректно.

Мария Бутина: Говорить, что мы какие-то не такие, другие.

Алексей Михайлов: В общем, да. Я позволю себе немножко резюмировать, абстрагируясь от своей точки зрения. По-моему, ответа на то – в чем специфика русского менталитета, не позволяющего нам владеть оружием? –все равно, на мой взгляд, не показана. Все говорят, что она вроде есть, но я не вижу.

Мария Бутина: Эмоциональные такие высказывания.

Алексей Михайлов: Эмоциональные, да, но есть ли за этим что-то или нет. Межнациональный фактор, действительно, по крайней мере, в общественном сознании, с точки зрения элиты, скажем так, является сдерживающим фактором. Конечно, со стороны говорят: «Если бы речь шла о мононациональном государстве или маленькой стране, то, конечно, все было бы нормально и проще». Где есть мегаполис, где есть конфликтная среда и мигранты и разные национальности – да, система легализации становится более сложной.

Мария Бутина: Тем более гражданам нужна защита. Чем сложнее жизнь, тем больше нужна самооборона.

Максим Смаль: Мне в большей степени на сегодняшний день, особенно после событий в США и других странах …

Алексей Михайлов: Сейчас мы их коснемся.

Максим Смаль: …больше беспокоят люди, не вполне вменяемые. Система эта, понимаете?

Алексей Михайлов: Время идет. Может быть, пару слов скажем вот о чем. У нас же ведь уже есть оружие на руках. С одной стороны, легальное, с другой стороны, нелегальное.

Максим Смаль: Травматика, вы имеете ввиду?

Мария Бутина: Да, разные охотничьи.

Максим Смаль: Запретить надо, запретить травматику.

Алексей Михайлов: Травматику и просто незаконный оборот оружия, как таковой. В том числе автоматический.

Мария Бутина: …и ракетных установок у нас.

Алексей Михайлов: Да. Наверно и так, да.

Мария Бутина: Ведь, действительно, фиксируются потери.

Алексей Михайлов: Поэтому какие меры и каким образом вообще можно посодействовать легализация короткоствола, гражданского наведению порядка в этой сфере?

Мария Бутина: Естественно это самое главное. Понимаете, сейчас мы вот такими законами, которые мы имеем, запретительными законами в отношении возможности гражданина на самооборону самым эффективным средством. Мы, таким образом, даем полный карт-бланш. У нас преступность вполне спокойно приобретает оружие, это можно сделать даже через Интернет. Спокойно покупает себе стволы, которые так или иначе пропадают, теряются. Вот, пожалуйста. Нелегальный ствол, неотстреляный совершенно — это неопознаваемое оружие совершенно. Уважаемого Максима и противников оружия не пугает, что они могут идти по улице и рядом могут пройти пять человек с нелегальными стволами. Нет, они считают, что надо разоружить тех, кто сейчас вооружен. Имея в виду законопослушных граждан.

Ведь это странный парадокс. Естественно, преступлений станет меньше, как это демонстрируют в докладе, указаны 32 страны. Ни в одной стране не было повышения преступности против личности, когда разрешили короткоствольное оружие. Нигде. При этом, напротив, в Великобритании, когда пошли вот эти запретительные меры, они получили скачок преступности. По-моему, это показательно. Граждане сами в состоянии защитить себя от рук преступника. Ведь они первые, кто сталкиваются, они на передовой линии находятся. Разоружая их, мы просто лишаем людей возможности и права на жизнь, которое в Конституции гарантировано.

Алексей Михайлов: Может быть, из вашей практики что-то, связанное с пониманием нелегального оборота?

Максим Смаль: Вы знаете, нелегальный оборот был и, я думаю, он будет еще долгие, долгие годы. Естественно, этим законом этот вопрос никак не урегулируется, но я хочу сказать следующее. В нашем сегодняшнем законодательстве судебная система, следственные органы – вот там надо людей менять, там головы надо менять, что ли. Я даже не знаю, что еще. Потому что я себе представляю, какая волна обвинений может возникнуть по отношению к тем людям, которые будут применять, с их точки зрения, правомерно огнестрельное оружие на нападающего. Сейчас огромное количество примеров. По телевизору показывает человека, который при помощи кулаков и карате убивает нападающего на него и его семью, на ребенка, вооруженного человека, который еще и стреляет из этого ТТ. Ситуация складывается таким образом, что его обвиняют в совершении убийства.

Мария Бутина: Я понимаю. Как бы ни была сегодня устроена система, в любом случае — да, ее надо реформировать. Допустим, наглядный пример Саркисяна в Туле, когда человек защитил свою семью. Да, ножом. Ему повезло, можно сказать, потому что не каждый человек способен так защититься. Да, это было состояние аффекта, он действительно находился в шоке. Все это понятно. Его оправдали, такие лучики.

Максим Смаль: СМИ.

Мария Бутина: СМИ, да. Так и замечательно. Гражданское общество должно в это включаться, должно создавать большое количество прецедентов, чтобы это происходило.

Максим Смаль: То есть нужно параллельно?

Мария Бутина: Нужно делать это параллельно, ведь это не повод лишать возможности граждан на защиту. Как это вы предлагаете, сейчас сдать возможность из-за того, что несовершенны законы? Обезоружить людей что ли, так?

Максим Смаль: Знаете, меня пугает два обстоятельства. Первое обстоятельство, что сама судебная система на сегодняшний день не готова воспринимать человека, поразившего нападающего.

Мария Бутина: Что значит «не готова»?

Максим Смаль: Не готова!

Мария Бутина: Как не готова?

Максим Смаль: Законы есть …

Алексей Михайлов: Я думаю, что вы сейчас напрасно здесь спорите. По-моему, вы как раз говорите об одном.

Максим Смаль: Согласен.

Алексей Михайлов: Правоприменительная практика по отношению к людям, защищавшим себя и свою семью просто не выдерживает критики.

Мария Бутина: Да, это есть.

Максим Смаль: Второе, что меня беспокоит – два раза в году у некоторых людей, которые ходят среди нас и не подают никаких особых признаков, возникает обострение. Люди эти не стоят нигде на учете, нет никакой системы, которая могла бы учет организовать очень быстро и правильно.

Мария Бутина: У меня, кстати, вопрос сразу про обострение. Вы мне факты, Максим, приведите, пожалуйста. Когда и где у нас обострение? Статистику. Они где-то фиксируются? С легальным оружием преступления фактически не совершаются. Здесь, понимаете, всегда надо рассматривать факты. Где данные?

Максим Смаль: Я к тому, что человеку необходимо. Если говорить о том, что закон будет принят и людям будут выдавать оружие, то надо понимать, что параллельно эта система должна работать и не просто формально лицензировать это.

Мария Бутина: Бесспорно.

Максим Смаль: Мы не готовы к этому.

Алексей Михайлов: Вот-вот. Давайте подойдем к следующему вопросу, который больше Марии адресован, как разработчику доклада. Он касается практики лицензирования и практики пропаганды, привития культуры и обучения.

Максим Смаль: Контроля, контроля!

Алексей Михайлов: Здесь сразу же куча опасений. В нашей стране многие вещи профанируются, строятся на мелкой коррупции.

Максим Смаль: Прошел год, у человека событие какое-то произошло.

Алексей Михайлов: В принципе, человек может проскочить сквозь эти фильтры…

Мария Бутина: Мне очень нравится, Алексей, что сейчас в процессе обсуждения доклада стали восприниматься не просто аргументы эмоциональные («за», «против», мы те или не те), а начали уже появляться возможности, так скажем, исследования этой темы. Если закон будет принят, то какая должна быть схема. Во-первых, первый самый вопрос, который был поднят, в том числе и на докладе – это вопрос по медсправкам. Да, справки нелегально приобретаются. Как быть с этим? Из последних идей, которые могли бы войти в закон, но это в качестве пока обсуждения, возможно ограничение количества медучреждений, то есть конкретное лицензирование тех, кто имеет право давать справки. Первый момент.

Второй момент. Должна быть более детальная психологическая проработка, то есть человека нужно проверить. Проверить действительно, а не просто по базе: стоит — не стоит на учете. Возможно, какие-то тесты. Потому что, как психологи сейчас заявляют, у меня есть хороший товарищ знакомый по личностным кризисам, она говорит, что да, это отслеживается. Отслеживается в принципе в определенном возрасте, никаких проблем не возникает. Я считаю, что надо еще обучать людей, обязательно.

Алексей Михайлов: Как раз я хотел это детализировать. Планируете ли вы взаимодействовать, например, с ДОСААФ?

Мария Бутина: Бесспорно. Да, с ДОСААФ взаимодействовать – да. Момент обучения – очень важный, но его переоценивать не стоит. Потому что обучение важно, но это не месячный курс, не пятимесячный курс и не годовой, то есть это не так трудно. Человека нужно обучить базовым знаниям по технике безопасности. Как владеть оружием, как не причинить вред себе и окружающим? Вот эти элементарные правила можно буквально за две-три тренировки человеку объяснить и он будет себя вести так, как по своему опыту я это знаю. Поэтому, что касается обучения, какие организации, то да, это без проблем может быть ДОСААФ, может быть совмещение государственных и негосударственных учреждений. Тоже опять же какой-то их отсев. Но! Тут момент тоже очень глубокий. Тут нуждается в реформировании и сам Закон об оружии, потому что он окружен всевозможными ГОСТами по тем же, например, тирам и стрельбищам. Почему мы сейчас имеем такое маленькое количество стрелковых объектов? В общем-то, вот эту базу, ее путем будущего закона, в том числе по оружию, тоже нужно затрагивать. Должна быть упрощена эта норма, но это нужно делать обязательно. Это все реально, это все решаемо. Даже сегодняшняя система лицензирования справляется с этой ситуацией.

Алексей Михайлов: Спасибо. Хотелось бы вот еще вопрос поднять. Кто является противником легализации короткостволов? Если говорить о политических движениях, об общественных организациях, социальных слоях, то на ваш взгляд, кто именно более всего настроен против?

Максим Смаль: Люди, понимающие существующую систему и понимающие, что все то, о чем Мария сейчас говорит – это все здорово, но я в голове сразу выстраиваю себе некую цепочку и понимаю прекрасно, как будет производиться или как не будет производиться должный отбор, отсев. Вот вы сравниваете всегда с цивилизованными странами, с Америкой. В Америке, насколько я знаю, по крайней мере, из СМИ, вне зависимости от рангов, чинов, звезда человек или не звезда, но если он совершил правонарушение, там настолько все зарегулировано.

Алексей Михайлов: Да, там есть буква закона.

Максим Смаль: Нужно сделать от сих до сих и вне зависимости от фамилии, ситуации, от сих до сих делается.

Мария Бутина: Да.

Максим Смаль: У нас же, я вас уверяю, пошел и – сколько часов 10 или 100? – обучился, все замечательно. Справочку получил, а у человека, может быть, глубокие… а потом плюс ко всему прошло два года, у человека события какие-то произошли в жизни, у него крыша съехала, он выпивать стал чаще. Кто за этим следить будет?

Мария Бутина: Психологи говорят, так не бывает.

Максим Смаль: Психологи — у нас пять человек.

Мария Бутина: Может, я знаю одного из этих пяти.

Максим Смаль: Может быть, я вас уверяю. Может быть, во-первых, эти психологи тогда должны быть забиты в какую-то государственную программу. Значит, соответственно, насколько они все квалифицированы.

Мария Бутина: Все это отрабатывается. Вопрос в том, что пока мы говорим о механизме, совокупность параллельна, а не последовательна.

Алексей Михайлов: Мы говорим о тех, кто «против». Я услышал, действительно, что может быть практики, связанные с адвокатской деятельностью, каким-то образом, с расследованием. МВД, например, резко выступает «против». Мария, на ваш взгляд, кто?

Мария Бутина: Из гражданского общества? Я вам скажу, что большая часть людей просто не обладает информацией. Сейчас более менее с появлением СМИ информация по экспертному докладу – люди хотя бы стали меньше говорить о свободной продаже оружия, то есть это фигурировало достаточно часто. Фигурировало в речах первых лиц государства. Я тоже против свободной продажи, категорически. Речь идет о возможности лицензированного приобретения. Ни о какой свободной продаже речи не идет. Большая часть людей, которая против, они против именно по этой причине, что считают – вот приедет газель на Красную площадь, распахнутся ее двери и оттуда начнут оружие всем выдавать. Нет, это не так.

Алексей Михайлов: Все понятно, да, спасибо, Мария.

Мария Бутина: Кто еще из противников? Естественно, есть. Вы знаете, я не вижу консолидированной, продуманной, грамотной позиции человека, который был бы последовательным и выступал противником. Все это эмоциональные какие-то доводы.

Алексей Михайлов: Понятно. Давайте, завершая, подведем резюме. Я попрошу каждого высказаться буквально парой фраз и свою позицию резюмировать.

Мария Бутина: Бесспорно, легализация короткоствольного нарезного огнестрельного оружия  в России – это требование просто назрело временем и существующая ситуация с преступностью в России, и с тем, каким образом даже сейчас с существующим оружием граждане обороняются. Естественно, им нужно дать возможность на самое эффективное средство для самозащиты — это пистолет. Естественно, это назрело, это нужно, это нужно делать именно сейчас.

Максим Смаль: Я бы согласился в итоге с этими новшествами в нашей жизни, если бы был на 100 % уверен, что система лицензирования, что система здравоохранения, что система правосудия на сегодняшний день готова к таким изменениям. Это очень серьезные изменения, которые на сегодняшний день, как мне кажется, в России не должны происходить. Ведь это может привести к серьезным очень последствиям. Я бы не хотел столкнуться с этим где-то на улице или чтобы мои близкие столкнулись с наличием у людей короткоствольного огнестрельного оружия.

Алексей Михайлов: Мы выслушали обе стороны. Действительно, аргументы приведены и с той, и с другой стороны серьезные. Как будет на самом деле, что выберет наша власть, что выберет наше общество, покажет время. Спасибо.   

Отзывы

 

  2020. Все права защищены.

Любое использование материалов допускается только с согласия редакции.

Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл No ФС77-59858 от 17 ноября 2014 выдано Федеральной службой
по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых
коммуникаций (Роскомнадзор).

Поддержать канал