Подписка на обновления:
Подписаться

О гордыне

День ТВ   02.08.2012   27661   177   00:18:14  
Программа
«Блог Андрея Кочергина»
Ведущий
Андрей Кочергин
Гость
Михаил Кокляев
Андрей Кочергин — писатель, создатель русской школы карате Кои Но Такинобори Рю, православный христианин, и тяжелоатлет Михаил Кокляев о гордыне.

О гордыне

 

Андрей Кочергин — писатель, создатель русской школы карате Кои Но Такинобори Рю, православный христианин, и тяжелоатлет Михаил Кокляев о гордыне.

 

Андрей Кочергин: Здравствуйте вновь! Хотел бы прикинуться, что не знаю этого человека, но это смешно, потому что я его просто знаю. Сегодня мы с Мишей Кокляевым поговорим о достаточно странной для спортсменов теме. Мы сегодня поговорим о гордыне, об амбициозности и о том, что не надо путать теплое с мягким. Знаете, если спортсмен, тренер или человек творческий не амбициозен, то, к сожалению, он не чувствует внутреннего порыва для каких-то свершений. Тут просто поле не паханное для критики кого угодно, которые говорят: «Вот видите, какие вы заносчивые, вы постоянно хотите быть первыми, вы себя позиционируете, вы себя заявляете и пытаетесь быть в центре внимания, и так далее». Да, наверное, это есть. Как говорил Спаситель говорил: «Узнаем дерево по плодам». Так и здесь, когда видишь человека добродушного, веселого, жизнерадостного, видишь человека прежде всего доброго, то понимаешь, что эта амбициозность скорее всего проявление внутренней задачи. Чем эта задача глобальнее, чем она выше, чем несбыточнее эта цель, тем больше сил надо приложить, тем с большим удовольствием наблюдаешь плоды своего труда.

Мой сегодняшний гость, мой друг, Миша, по моему глубокому убеждению, в полной мере своей жизнью показал, что такое истинное православное величие человека в его труде. Его жизнь и судьба наиболее наглядно показывает, как забавно и чудно относится современное общество к людям, которые оказываются впереди хоть чего-то. Я думаю, Миша сейчас каким-то образом или поправит или подтвердит мои слова, здесь мы ни в коем случае не должны зависеть от часто вульгарного общественного мнения, которое пытается загнать человека в какие-то непостижимые конформистские рамки по принципу «не высовывайся». Конечно, сложно не высовываться. Поэтому видимо поневоле, генетически, ему приходилось высовываться достаточно давно.

Со мной сложнее. Я такой тривиальный пассажир, но, тем не менее, видите, как глава мозолю всем. Сегодняшний наш разговор будет о том, что я определил бы очень простым слоганом: «Быть православным – это быть великим во всем: в целях, в задачах, в долге, в ответственности перед тем, что делаешь, перед своим родом и перед Богом, прежде всего». Тут у меня первый вопрос. Миша, как давно ты чувствуешь себя православным человеком? Когда ты воцерковляться начал?

Михаил Кокляев:  Очень давно, наверно с 5-го класса. Я в первый раз в киоске «Союзпечать» купил себе икону Божией Матери. Я в такой среде вырос, где жили бабушка, дедушка, мама, папа, брат, я.

Андрей Кочергин: Живая связь поколений.

Михаил Кокляев: Да, я видел, как быстро стареют мои бабушка и дедушка. Когда дедушка работал, потом его уволили, потому что он стал старенький, он так переживал. Я видел, как часто болела бабушка. Внутреннее состояние и этот душевный трепет, понимание того, что когда-то они должны уйти, любовь дедов ко мне и моя любовь к ним – вся эта смесь, тогда еще в юном возрасте и родила любовь не к улице, не страсть к улице, а любовь именно к ближнему. Любовь в том ее обличие, как сострадание, сочувствие, понимание. Вот это и привело к Богу, к православию.

Андрей Кочергин: Удивительно, что многие люди воспринимают православие как хобби, кружок по интересам, чуть ли не секту. Меня поражает, как вульгарные критики, миль пардон за мной французский, нихрена не понимающие в православии вообще, даже отдаленно ничего не понимающие, но вполне вкурившие, скажем так, что у Патриарха есть золотые часы и он ездит на лимузине. Это настолько для них оскорбительно, потому что они лохи, например. Они воспринимают нас, людей православных, например, как неких чудаков, которые во что-то такое уверовали, потому что их попы, мироеды злобные, обманули. Либо они книжек начитались, либо их евреи обманули. Какая-то такая глупость в нас присутствует.

Одного не понимаю, что когда видишь своих бабушку и дедушку, что может быть роднее? Как любят внуков, наверное, не любят вообще ничего. Когда они отдают тебе самое дорогое и ты понимаешь, что на шее у тебя висит дедовский крест, как его предать-то? Не потому что ты как-то даже разбирался вначале что это, а ты даже и не имел права разбираться в том, что тебе подарил твой дед. Ты не можешь быть лукавее, чем он, умнее, чем он. Когда прямо, добродушно, радостно тебе твои предки, которых ты видишь еще живыми, отдают самое дорогое — они отдают тебе веру свою. Когда у бабушки есть маленькая иконка (в то время с этим было сложно), то это настолько тепло. Ты понимаешь, что выбора-то и нет. Меня спрашивают: «А почему православие, Андрей Николаевич? ». Я отвечаю: «Извините, а что нужно было в по-другому? Я просто был не в курсе». Так и Мишка не в курсе, а как нам быть другими?

Поэтому получается, когда спрашивают: «Что у вас самое главное? ». Я искренне говорю: «Я русский православный». Причем, даже и говорить как-то стесняться стал – кого это касается? При всем при этом, смятение перед лицом врага, перед лицом грязной вульгарной критики многим дает почву думать, что мы люди без стержня. Поверьте, есть. Мы вообще челябинские пацаны с тобой, верно?   Тяжелые такие ребята, ей Богу.

Михаил Кокляев: Суровые.

Андрей Кочергин: Да, суровые! В наше время, в 90-е года, в Челябинске говорили: «Челябинских пацанов пугать, как с медведем переспать – удовольствия мало, а страху натерпишься». Мы так и получились: где уродились, там и пригодились. Мишаня, я хочу еще вопрос тебе задать. Как ты считаешь, формирование твоего характера каким-то образом было под влиянием того, что ты веруешь в Бога, что у тебя такие замечательные родители, замечательные дедушка и бабушка? Та семья и та вера, которые в принципе неразделимы, потому что семья и есть носитель веры во многом. Как они сформировали сегодняшнего человека по имени Михаил Кокляев?

Михаил Кокляев: Они так сформировали меня – я чувствую, что я говорю, и чувствую, что мне говорят.

Андрей Кочергин: По сердцу чувствуешь.

Михаил Кокляев: Да, по сердцу. Поэтому я и русский. Русские чувствуют, что они говорят и чувствуют, что им говорят.

Андрей Кочергин: Не слышат, а чувствуют!

Михаил Кокляев: Чувствуют, а не слышат. Поэтому мы милосердны, в тот же момент мы и беспощадны. Бывает, ты можешь идти и увидеть человека, который немощен и проникнуться к нему, дать ему милостыню, поговорить с ним о том, как он до этого дошел, что это случилось. Бывает тут же, через мгновение, ты повернулся и тебе навстречу такой же аферист, толкает тебя плечом, а у тебя уже гнев. Не потому что тебе стало больно, а потому что человек, например, не извинился, не попросил прощения и ты тут же завелся. Вот такой казус: тут щемит в груди от того, что видишь, и тут же поворачиваешься и святой гнев. Начинаешь задумываться. Если бы было это в Германии, немец прошел бы мимо. Наверное, девять из десяти человек прошли бы мимо человека, который просит милостыню. Я видел, в Германии особо не подходят. Мы подходили русские и давали. Наверное, немец на столкновение плечом не повернулся бы просто, а также прошел бы мимо. Было и было. Я до сих пор иной раз куражусь.

Андрей Кочергин: Вы знаете, что это такое? Мое глубокое убеждение, что на самом деле это то самое проявление социальной активности, о которое так спорно сегодня ломаются копья, даже среди духовенства. Когда идет постоянно борьба: стоит ли православному человеку проявлять себя в социальной среде? Для меня это больная тема, потому что мне постоянно тычут в нос: «А православный ли ты? Смиряйся, кайся. Ты погряз в гордыне! Ты лезешь куда-то что-то говорить» и так далее.

Если бы я или предположим Мишка, пытались на этом заработать какую-то популярность, а что нас не смотрят или вы смотрите, не зная кого?   Или вы смотрите, потому что я или он говорим что-то такое, чтобы привлечь ваше внимание? Нет. Сначала сделайте что-нибудь такое, что говорит о том, что есть чем этим людям поделиться с вами, а потом послушайте, что же именно они вкладывают в свои слова. К тому же мы не пытаемся на этом заработать. Наша единственная цель – объяснить русским парням, что православный человек – это герой по определению, хотя бы потому, что он пытается соответствовать Христу.

Христос принял смерть за людей. Он мог избежать всего, что с ним может случиться, потому что он Бог. Тем не менее он попытался показать своим поступком, во-первых, что сбываются предсказания и он действительно бог. Второе, что вера его столько сильна, что его убеждения столь колоссальны, что смерть не является препятствием для выполнения этой задачи. Скорее даже наоборот – это и есть та самая плата за ту самую цену.

Тут момент небольшой. Мы просто обязаны ставить перед собой достаточно несбыточные цели. Кстати, скажи, пожалуйста, когда ты вдруг понял, что ты готов стать из нечто совершенно из ряда вон выходящим в тех областях… Кстати, напомни зрителям, мало ли, может быть кто не знает, где ты выступаешь, чего ты добился.

Михаил Кокляев: Мастер спорта международного класса по тяжелой атлетике, восьмикратный чемпион России, рекордсмен России по тяжелой атлетике, неоднократный обладатель звания «Самый сильный человек России», трижды вице-чемпион Мира в спортивном фестивале «Арнольд Классик», мастер спорта международного класса по пауэрлифтингу WPC.

Андрей Кочергин: Как-то так. По World strongest man у тебя?..

Михаил Кокляев: Вице-чемпион Мира – по двум версиям дважды, по одной трижды.

Андрей Кочергин: То есть ты выступаешь по трем видам спорта?

Михаил Кокляев: Я не считаю себя многостаночником, я в этом плане плыву по течению. Для меня все силовые виды спорта – это одна река. Я не разделяю их на три реки, я плыву, не против течения, а именно все так получается у меня, слава Богу. Хотел дополнить, как сказал один мудрец: «Чтобы развевался ваш флаг, надо идти против ветра», но не забывайте, что геи на гей-передах тоже выходят с флагами. Провожу параллели – они тоже идут против ветра – не забывайте, какого цвета должен быть ваш флаг.

У меня есть реклама одной фирмы: «Михаил Кокляев…то-то и то-то, а что добился ты? » Один человек написал в соцсети: «Я бухаю, а что сделал ты? ». Понимаете, ваш флаг не должен быть говно-флагом. Если у спортсмена флаг, то на нем не обязательно должно быть пять олимпийских колец. Сегодня  такое время, что не нужно быть олимпийцем, чтобы тебя знали. Можно быть просто Сергеем Истоминым – чемпионом параолимпийцем. Кочергиным Андреем можно быть. Можно быть Михаилом Сидорычевым, Александром Клюшевым, Андреем Маланичем – это  великий пауэрлифтер современности. Не обязательно надо быть олимпийцем, чтобы тебя знали. У тебя должен быть свой флаг и ты должен его нести несмотря ни на что. В данном случае наш флаг с православным крестом, помимо того, что еще спортсмены. Не с тем флагом, с которым сдаются, а с тем флагом, с которым воюют.

Андрей Кочергин: Получается по большому счету важно кто мы, прежде всего, а потом понятно будет, почему мы такие. Я постоянно всем говорю, если бы православные были теми уродами, которыми нас стараются представить наши враги… Ложь – это оружие дьявола. Тогда бы не было той великой империи, которая называется Россия, величайшая империя в истории цивилизаций. Тогда бы не было таких замечательных парней, как Федор Емельяненко, как Мишка Кокляев, которые на вопрос: «Кто они? ». Отвечают: «Русские православные». Как прекрасно, на самом деле. Сколько замечательных ребят эти люди, не пошевелив ни одним пальцем именно в этом направлении, привели с улицы в зал. Как прекрасно думать, глядя на них, что это можно сделать и ребята идут заниматься спортом, поднимая каждый свой флаг, но каждый флаг является кусочком флага нашей страны – это флаг России.

Михаил Кокляев: Мы все под ним. По большому счету, мы все несем одно знамя.

Андрей Кочергин: Да.

Михаил Кокляев: И олимпийцы, и не олимпийцы, все несем, все отстаиваем честь единого нашего государства.

Андрей Кочергин: То, что у нас пока что где-то что-то не получается — это временное явление, потому что мы еще не осознаем величие каждого человека и нет тут никакой гордыни. Мы не гордимся тем, что пытаемся поставить впереди. Мы понимаем ответственность…

Михаил Кокляев: …и  дела.

Андрей Кочергин: Да, ответственность. Мы делаем, мы просто делаем, потому что мы по-другому не можем. Мы живем в России, а России сейчас тяжело. Чем тяжелее твоей маме, тем ближе ты должен быть к ней, подставить свое плечо и будет неловко, если плечо окажется худеньким и хлипким. Его надо готовить.

Михаил Кокляев: Его надо качать.

Андрей Кочергин: Его надо качать, как минимум. Все, спасибо.

Михаил Кокляев:  Спасибо.

 

Отзывы

  2020. Все права защищены.

Любое использование материалов допускается только с согласия редакции.

Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл No ФС77-59858 от 17 ноября 2014 выдано Федеральной службой
по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых
коммуникаций (Роскомнадзор).

Поддержать канал