Подписка на обновления:
Подписаться

Оружие информационной войны

День ТВ   16.10.2012   84845   55   00:24:11  
Программа
«Ядовитые гуси»
Ведущий
Дмитрий Пучков
Ведущий
Андрей Кочергин
Дмитрий «Гоблин» Пучков — писатель, переводчик, и Андрей Кочергин — православный христианин, во втором выпуске программы «Ядовитые гуси», посвященном роли телевидения как орудия информационной войны и перспективах телевещания.

Ядовитые гуси (выпуск 2)

Оружие информационной войны

 

Дмитрий «Гоблин» Пучков — писатель, переводчик, и Андрей Кочергин — православный христианин, во втором выпуске программы «Ядовитые гуси», посвященному роли телевидения как орудия информационной войны и перспективах телевещания.

 

Андрей Кочергин: И вновь два ядовитых гуся с вами, радуйтесь. О чем мы сегодня? О телевидении?

Дмитрий Пучков: Да.

Андрей Кочергин: Честно: телевизор есть дома?

Дмитрий Пучков: Конечно, несколько. В каждой комнате по телевизору.

Андрей Кочергин: Отстойщик.

Дмитрий Пучков: Новости же надо смотреть. Во-первых, у меня работа связана с кино и я должен его смотреть.

Андрей Кочергин: Не оправдывайся, отстойщик!

Дмитрий Пучков: Это не оправдания, это работа.

Андрей Кочергин: Вообще говоря, сейчас все интеллигентные люди, с кем ни разговариваешь, задают два вопрос: ваше отношение к Ходорковскому? а телевизор у вас дома есть? Вы все свидетели Ходорковского?

Дмитрий Пучков: Нет.

Андрей Кочергин: Это понятно, а потом: телевизор у вас дома есть? Первым мне понравился Василий, есть у нас такой гламурный персонаж, наш культуровед.

Дмитрий Пучков: По моде который?

Андрей Кочергин: Да. Он сказал: «А у меня вообще телевизора нет», но это было тогда, когда без телевизора было смешно.

Дмитрий Пучков: А как же он на себя смотрит?

Андрей Кочергин: Видимо себя он смотрит в записи на жестком диске. Он говорит: «Нет телевизора».

Дмитрий Пучков: А как же он смотрит телеканал «Дождь»?

Андрей Кочергин: Вот про это я не думал.

Дмитрий Пучков: Либеральная общественность. А как они возмущаются, что по НТВ показали какую-то очередную разоблачительную передачу «Анатомия протеста». Кстати, как я слышал, в пятницу очередную покажут. Откуда они это знают? Все они смотрят, все это ложь, обман и провокация.

Андрей Кочергин: Вот так, я чуть не расплакался, а я так верил. Прекраснодушные люди, ужас какой-то. Тем не менее, тезис сейчас сформулирую, а ты меня либо разоблачи, либо поддержи. По-моему глубокому убеждению все-таки телевизор потихонечку подыхает и все-таки это интернет-пространство, которое и есть интернет-телевидение, там можно найти все, что хочешь, — оно в этом смысле более неуправляемо, более вульгаризовано, и, честно говорят, больше свободы на уровне анархии. Как тезис?

Дмитрий Пучков: Да, безусловно, однако, на мой взгляд, оно не умирает, а переживает специфическую фазу в развитии. Если сейчас допустим – берем родную страну, зачем нам рассуждать про Америку?

Андрей Кочергин: Вы откуда вообще?

Дмитрий Пучков: Местный. Есть у нас государственные каналы, определим их так. Они вещают некую политику и заняты самым главным в жизни телевидение – они формируют общественное мнение.

Андрей Кочергин: Пропагандой по Геббельсу, Аллилуйя.

Дмитрий Пучков: Они формируют общественное мнение, то есть непрерывно преподносят некие события, политические телодвижения и прочее.

Андрей Кочергин: Грамотно скомпилированные.

Дмитрий Пучков: Да, в том виде, в каком…

Андрей Кочергин: …удобно для пипла, чтобы он его хавал.

Дмитрий Пучков: Поскольку у нас так называемый электорат и не только наш, он больше месяца ничего не помнит, что было месяц назад – это из памяти вообще стирается. Поэтому все предвыборные телодвижения за месяц начинают, потому что «да помню, две недели назад говорили».

Андрей Кочергин: «Видал я этого парня! ».

Дмитрий Пучков: Да, а то что было пять недель назад – они уже не помнят. Так вот они заняты формированием и структурированием общественного мнения, дабы вы (поскольку у нас демократия) в нужный момент говорили то, что надо и голосовали за то, что надо.

Андрей Кочергин: Удобно.

Дмитрий Пучков: Это создает иллюзию того, что граждане принимают какое-то активное участие в общественной жизни.

Андрей Кочергин: Ремарочка. Вспоминаем Иосифа Геббельса, который сказал замечательную вещь, ставшую притчей во языцех, однако почему-то она забывается. Про пропаганду – она бывает белой, серой и черной. Я не знаю насколько близки наши теоретики-фундаменталисты нашей пропаганды и ее реализаторы к Иосифу Геббельсу, но действуют ровно так. Белая пропаганда – это когда события и факты очень подходят под ту идеологическую подоплеку, которая преподается, то есть не надо ничего добавлять. Что-то случилось и мы это тупо показываем на уровне репортерской съемки. Нас это устраивает.

Серая пропаганда – это когда что бы ни случилось, а мы тихонечко… знаете, как я обычно острю? Теория заговора в России по радио: «Московское время 20:00 часов», а в голове: «Интересно, кому это выгодно? ». Тут же моментально, «давайте-ка обыграем! ». Вот событие, а мы тихонечко порассуждаем на эту тему. Интересненько, чего это такое произошло?

Черная пропаганда – это та самая броская штуковина, которая в принципе и нас с Димой наверняка коснулась, это когда ложь должна быть настолько чудовищной, чтобы в нее поверили массы.

Дмитрий Пучков: То есть надо позвать Сванидзе.

Андрей Кочергин: Руки прочь от святого, Господи, запачкаемся и все, что ты, в самом деле? У нас не только Сванидзе, дай Бог здоровья, что всуе поминаем. Я категорически против фамилий, когда человек мне не может с ноги дать с метра, я считаю это немножко аморальным. Дима имеет право, а я только поддержал. Видите, как оппортунист. Тут штука такая, что у нас на самом деле ничего от того пропагандистского аппарата, который был устроен Иосифом Геббельсом – у нас ничего не поменялось.

Дмитрий Пучков: И не поменяется.

Андрей Кочергин: И не поменяется! Потому что если только мы не поменяем структуру государства, что есть воплощение этой, грубо говоря, идеологии? Это государство, которое под себя что-то делает? Для чего это ему нужно? Это управление социумом через пропаганду, в данном случае через телевизор. Как в свое время – и никто не будет отрицать из тех, кто умный, и из тех, кто где-то там учился, что сегодняшняя Америка – это Голливуд. Голливуд сделал сегодняшнюю Америку, национальная мечта, эти красивые тетки, прекрасные машины. Бабла бы нам бы а мы бы решили бы как бы нам бы эту страну бы, предвосхитить это все «бы». Сейчас нам Голливуд до одного места, он уже деградировал, к сожалению, на сегодня и уже потерял такую остроту в этом своем идеологическом…

Дмитрий Пучков: Я бы не сказал.

Андрей Кочергин: Назови фильм, из последних, который твоему мнению был бы идеологически крайне выгоден на сегодня для США?

Дмитрий Пучков: Любой.

Андрей Кочергин: «Капитан Америка» что ли?

Дмитрий Пучков: Бери любой. Хоть «Аватар», хоть «Трансофрмеры».

Андрей Кочергин: Стоп, а что патриотического в «Аватаре»? Что американцы уроды, которые чужую планету украли? Или что?

Дмитрий Пучков: В том числе и это.

Андрей Кочергин: Не выгодно.

Дмитрий Пучков: Как сказать.

Андрей Кочергин: Или высокие технологии Америка наконец-то довезли…

Дмитрий Пучков: Ты не прав, тебе рассказывают о том, что надо восстать против существующего режима и без затей его свергнуть. Тогда ты – индеец – заживешь в счастье.

Андрей Кочергин: Так это зомбирование у меня такое?

Дмитрий Пучков: Естественно.

Андрей Кочергин: Московское время 20:00 часов. Кому это выгодно?

Дмитрий Пучков: Да, а в каких-нибудь «Трансформерах» американская армия непрерывно побеждает инопланетян, кого угодно. Она всех может победить и мы все организованным строем идем на участки.

Андрей Кочергин: Вот смотрите, как интересно. Раньше у нас была прямолинейная пропаганда, нам говорили, что и как. Сейчас у нас идет разговор о той теории заговора, когда нас зомбируют на вещи, которые мы понимаем на подкорку. В чем разница? У нас убрали осмысление. То есть принцип сознания: осознание, осмысление, умоположение. Когда мы впитываем информацию, осознаем ее, осмысляем относительно каких-то своих представлений и умпополагаем (что мы будем делать, если?). Примерно так. Что делают с нами сейчас СМИ? Они стали более грамотными. Здесь я совершенно солидарен с тезисами Дмитрия, что они убрали осмыслительную часть. Самое гениальное, что я в этом смысле видел – это лозунг в Пекине, который звучит примерно так: «Коммунистическая партия Китая – хорошо! ». Не надо париться – хорошо! То же самое происходит видимо в голливудском фильме, когда нам показывают: вот восстань, ты – туземец, туарег, мы поневоле видим, что республика-то бабановая Россия сегодня. Поэтому мы где-то мы аватары или кто мы такие? Только мы еще не посинели, а так мы можем.

Дмитрий Пучков: Мы еще хвосты не отбросили.

Андрей Кочергин: Господи прости. Получается так, как тонко и гибко они в эту подкорку. Причем у людей сознательных, более-менее грамотных (минимум двоих знаю) есть сомнения по поводу того, что там происходит. А у старшего поколения, которое смотрит на сегодня телевизор, у них все по-простому. Меня поразило, что у моей одной знакомой приехала мама и она посмотрела очередную передачу про спецназ. Увидела меня и сказала: «Я спокойно сплю теперь, Родина в безопасности, есть же такие люди у нас еще! ». Я, который вроде был должен восторгнуться, сказал: «Тихо, вы что же так буквально-то все? ». – «Но тебе же надо отвечать за эту страну! ». В этой прямолинейности понимаешь – как легко легло-то! И ведь разубеждать-то неловко.

Дмитрий Пучков: Да это могучий инструмент! Я с твоего позволения продолжу. Есть государственные каналы, которые формируют общественное мнение, но появился Интернет вне зависимости от желания государства. Замечу, что Интернет тоже американский – это важно, это они его придумали, сделали, построили, а мы пользуемся. Интернет с ростом пропускной способности уже сейчас может показывать видео замечательного качества в любых объемах. Внезапно оказалось, что если мы с тобой любители рыбалки или скажем ловли нахлыст, или в бильярд играем, и мы с тобой не хотим смотреть ни Сванидзе, ни Парфенова.

Андрей Кочергин: Мы общаемся, да.

Дмитрий Пучков: Да, мы с тобой хотим рыбалку нахлыстом, будьте любезны. Мы можем часами разговаривать о том, как надо раскрутить удилище…

Андрей Кочергин: И не использовать грузево при этом.

Дмитрий Пучков: Да, и бильярд, как там через лузу от борта, и все такое. Люди…

Андрей Кочергин: …выпали из-под контроля.

Дмитрий Пучков: Очень сильно поделятся – поскольку это переходный период – они поделятся на маленькие ниши, сектора, разбегутся. Кто в компьютерные игры играет, кто шахматы переставляет.

Андрей Кочергин: Кто в порнуху, наконец-то.

Дмитрий Пучков: Да, сосредоточатся на главном, так сказать. Но замечу, что эти самые гиганты, они полезут и сюда, а там получится – например, мы с тобой. А чем мы с тобой занимаемся? Фактически промыванием мозгов, но в другую сторону.

Андрей Кочергин: Это вырежем, не волнуйтесь.

Дмитрий Пучков: С нашей точки зрения, в правильную. Но нас мало и ресурсы вовсе не такие. Если туда приходит, например, ОРТ. Не хотим сказать ничего плохого про ОРТ.

Андрей Кочергин: И хорошего ничего не скажем.

Дмитрий Пучков: Но это здоровый механизм, в котором есть деньги, есть управляющий, который немедленно начнет делать все то же самое и в Интернете. Постольку поскольку у них есть возможность организовывать разнообразные передачи, приглашать туда самых интересных людей. Ибо для наших граждан, если туда позовут знаменитого певца, какого-нибудь оперного исполнителя, танцора из балета, писателя, то все будут разинув рты сидеть и слушать. Он же умный! Это не вызывает у них никаких сомнений. Если человек сочинил 8 любовных или детективных романов, то однозначно вся Болотная площадь хочет видеть Акунина, потому что он гений. Замечу, что на Болотной площади собирались не самые тупые люди нашей страны. Но постольку-поскольку им хочется послушать Навального, Парфенова, Акунина и Юру Шевчука, то если даже у умных вот такие потребности, если даже умные расценивают этих людей, как неких…

Андрей Кочергин: …интеллектуальных лидеров.

Дмитрий Пучков: Да, то страшно сказать, как же остальные на это реагируют. А поскольку тут профессионалы, то они им и в Интернете начнут показывать все то же самое. Я подозреваю, что оно точно также там попадет под контроль. Там есть профессионалы.

Андрей Кочергин: Немножко другое подытожу. Я как человек, который долгие годы провел, как службист – есть у нас такое выражение, мне оно очень нравится. Вы решили создать общественное объединение по поиску грибов, например, вы любите белые грибы. Вы уже попадаете под сферу интересов наших специальных служб. Почему? Да потому что кто вам разрешил собираться больше двух? Не в том плане, что вам запретят, нет. Верьте, что пятым человеком или шестым окажется человек, который будет ангажирован туда, чтобы собирать информацию. Он даже будет внештатным сотрудником, например. Как это делается?

Дмитрий Пучков: Сейчас все секреты раскроют.

Андрей Кочергин: Да, конечно. Почему меня до сих пор не пристрелили? Я же безобидный, как маргарин – ни вреда, ни пользы от меня никакого. Так вот, как это делается. Например, мальчика ловят в клубе с таблетками, с экстази. Вроде бы событие-то тривиальное – надо его просто поймать, завести на него статью, потому что у него оказалось больше, чем он мог спороть за раз, что означает продажу. А ему говорят: «Вы же прекрасный человек! У вас такие замечательные родители, вы же не замечены нигде не были, давайте-ка мы с вами по-другому поступим. Вы своими таблетками торгуйте, они нам собственно до одного места. Единственное, вы нам информацию подбрасывайте, кто жрет эти таблетки, а во-вторых, мало ли у нас какая просьба возникнет – вы уж не откажите, пожалуйста, потому что вам сидеть пятерочку». И он на радостях, что пятерочку не сидеть, говорит: «Конечно! », и подписывает что надо, и пошло. Тут ему говорят: «А вы любите грибы белые? ». – «А я не знаю что это». – «Полюбите их ради Христа. Вот идите и помитингуйте про грибы, поговорите о том, где их собирают. Перепишите всех, кто там есть, может быть, потом мы вас изымем, а может быть, вы там и останетесь, а лучше вы в правление войдите этого общественного объединения». И его пихают не потому, что он хочет этим заниматься, не потому что он мечтал об этом, а ему бедолаге деваться некуда.

Выдам тайну небольшую. Когда какой-то чиновник занимает какой-то пост, то первое, что происходит (предположим, в Комитете города Петербурга, неважно каком), его вызывают и говорят: «Кстати, ознакомились, вот ваша предыдущая деятельность. Почитайте». – «Что это? ». – «Да вы прочитайте, да вы не волнуйтесь, вы просто знайте, что это есть». Он в истерии возвращается к себе: «Как же так вышло-то?! ». Когда они звонят – они не просят, они рекомендуют и не услышать эту рекомендацию крайне сложно. С одной стороны – это гибкий инструмент управления, это хорошо, вроде бы. Но с другой стороны, когда мы понимаем, что однобоко политизированная ситуация в стране – нам впихивается в голову, что вот оказывается апологеты оппозиции. Нам даже трудно понять, что это стипендиаты западных фондов, что они толкают страну в братоубийственную войну, что они непостижимо не русские люди. Оказывается, что это Гапон очередной, только у него фамилия Шниперсон, извините.

Дмитрий Пучков: Я бы уточнил, что этим занимаются не только наши спецслужбы, но и чужие тоже.

Андрей Кочергин: Неважно. Они все одинаковые.

Дмитрий Пучков: Как же! Наши спецслужбы хотя бы в теории за нас, а чужие как раз по определению – против.

Андрей Кочергин: И вот возникает такая штука интересная, что касается интернет-пространства. Мне однажды позвонил восторженный мальчик – меня любят приглашать на ток-шоу, я же забавный, поэтому они меня и зовут. Вот он такой: «Андрей Николаевич, я за свободу в Интернете! Хотел бы, чтобы вы как человек медийный сказали бы, что вот она новая форма свободы, новая грань! ». Я говорю: «Худшего болота клоаки я не знаю, потому что мальчик из Гудаепши с тоненькой шейкой в очках, который выжигает слово «писька» на заборе, он уже властитель судеб. Он может оттроллить кого хочешь». Как это делается? Ладно, если это делает он и у него вся эта безнаказанность, вся его невоспитанность, бездуховность и полная асимметрия его жизненных взглядов. Он еще ничего не понимает, что он делает. Ему вполне хватает стадного чувства. Так вот забавно, когда ты делаешь какое-то хорошее дело – я называю это «толпа из одного человека» – когда даже кто немножко разбирается в литературе, по терминами едиными, даже по построению написанной речи, ты понимаешь, что это один человек пытается создать некое брожение масс. Когда он просто-напросто забивает что-то полезное, возможно хорошее, и пытается представить человека смешным. Самый простой способ отшельмовать парня – это сделать его смешным. Здесь единственный способ, как я для себя решил, не знаю, Дмитрий, наверное, более консерватор в этом – я не боюсь смеяться над собой. Причем я это делаю совершенно искренне. Да я такой забавный, вообще обхохотаться! Поэтому, когда надо мной ржут, хорошо. Единственное, что неприятно, когда в Фотошопе какие-то гадости делают, какие-то справки пишут, что у меня энурез. У меня нет энуреза, ребята, правда нет, я не писаюсь, это реально так. Что я никогда в армии не служил, что у меня нет никаких званий спортивных – все это так круто сделано. И пипл хавает.

Тут возникает вопрос. Да какая разница, что он говорит? Ты посмотри кто он! У него негры сзади, да так неприлично, а сам он какой-то худенький и наколок на нем нет. Я заколот до ушей, ребята. Причем повторить их, видимо в Фотошопе сложновато, поэтому решили только голову подставить. Вот та свобода. Свобода от чего? Свобода от порядка? Свобода от дисциплины. Я не про цензуру, она не нужна в Интернете.

В Китае сделали проще, Китай без сомнения заурегилируемая страна. Они просто взяли и решили, что вот эти сайты у нас не работают, с провайдером сделать это очень просто. Они просто вырвали его из интернетного контента и вот здесь у них некий контроль. Еще один момент, ты говорил про ОРТ. Бог с ним с ОРТ, когда появляется та же самая спецслужба, у которой работает и непосредственной трудится целый отдел в этой сети – а он там трудится, потому что это уже новая форма создания общественного мнения, они его упустить не могут, я их понимаю, это надо. Вдруг появляется сайт, ссылочка на поваренную книгу анархиста или, например, «как изготовить гексоген на кухне? ». Вспыльчивые молокососы кидаются смотреть, как делается гексоген. Я кричу им вслед: «Идиоты, остановитесь! ». Ваш ip навечно попадет в базу! Зачем вам гексоген? Вы что реально собрались его делать? Вы что дебилы? Зачем вам это надо? Когда какой-то человек начинает размахивать на моих ресурсах какими-то антисемитскими, антифашистскими лозунгами экстремистского толка – ребята, это минимум тот парень с таблетками, который поался, и его посадили это делать, а может быть из уважения к ресурсу и ко мне – это старший лейтенант.

Дмитрий Пучков: Иногда хочется верить, что это капитан. Все-таки ресурс серьезный.

Андрей Кочергин: Вот умеет! Дмитрий хороший человек на самом деле. Здесь у меня вопрос. Есть у тебя рецепт, вот чисто гипотетически…

Дмитрий Пучков: Есть, конечно.

Андрей Кочергин: Ты меня хоть дослушай. Я тебя может быть просто про лечение геморроя хотел спросить. Есть у тебя рецепт, как по Ленину прямо, как реализовать Рабкрин, например? Как взять и реорганизовать Интернет таким образом, чтобы он стал на пользу народа и чтобы злонамеренные злопыхатели злопыхали на нас не столь злонамеренно.

Дмитрий Пучков: Как говорится, не можешь победить – возглавь.

Андрей Кочергин: Борьба с организованной преступностью – это организация организованной преступности. Классик.

Дмитрий Пучков: За последнее время ФСБ внедрило столько народа в организованные культурные сообщества, что уже не мене 15-ти организованных преступных сообществ состоит только из оперативников ФСБ.

Андрей Кочергин: Вот это мы опять вырежем.

Дмитрий Пучков: Не можешь победить – возглавь. Как у вас говорят, промолчи и Сатана восторжествует. То есть по любому поводу у тебя есть свое собственное мнение…

Андрей Кочергин: Не пресечение зла и зла умножение.

Дмитрий Пучков: Да, которое ты в Интернете можешь высказать, ты может снять ролик, сказав то, что хочешь сказать. Повесить его в Интернет, поддержать чужой ролик, в котором ты считаешь, говорят правильное. Построить свою страничку, я не знаю, в каком-то ЖЖ, Вконтакте, Facebook, Goole. И везде развешивать то, что мило твоему сердцу, то, что ты для своей страны считаешь правильным. Сидеть и как делает большинство – ковыряет в носу и смотрит очередной сериал по телевизору – это не совсем правильно. Жизненная позиция должна быть активная, надо продвигать свои собственные ценности.

Андрей Кочергин: Несомненно. Даже пусть она будет внешне ошибочной для кого-то. Бывает, что ж, всем нравиться не получится.

Дмитрий Пучков: Среди молодежи я вижу очень много народу, сказать «политизированного» неправильно, но их серьезно раздражает происходящее вокруг. Им не нравится, что воруют, им не нравится социальное расслоение, им не нравится отношение к их национальностям. Много чего им не нравится и они…

Андрей Кочергин: …ищут свой путь.

Дмитрий Пучков: …предпринимают активные действия в этом направлении. На мой взгляд, абсолютно правильно. Вот из них формируются уже совершенно другие общности, не домохозяйки…

Андрей Кочергин: …и не грибники.

Дмитрий Пучков: Да, сидят которые.

Андрей Кочергин: Здесь единственный момент, могу сказать буквально следующее, прямо не опасаясь попасть под помидоры. Фашиствующий экстремист, который ищет свой путь именно в этом. Еще раз говорю, хотя все знают мою позицию – я русский православный офицер, у меня второй дед пришел калекой с войны, я был на Пискарёвском кладбище. Я только что был в Брянске и читал немецкий протокол, когда девочку пытали, чтобы она выдала, где родители-партизаны. Она сказала: «Дайте мне воды и принесите платьице, в котором я на выпускном была». – «Странное желание, и что скажешь? ». – «Да». Она умылась, одела платьице: «Расстреливайте, суки, ничего не скажу». В этой стране не может быть фашизма. Но при этом при всем он хоть что-то делает. Мальчишка, который по глупости своей, ему втюхали что-то в голову. Я знаю примерно кто, я знаю зачем примерно отшельмовать любое патриотическое движение. Но я могу ведь ошибаться в этом? Могу. Свято причем. Но я уверен – это я уверен, а он эту уверенность должен приобрести сам, но он уже что-то делает. Не ошибается тот, кто ничего не делает. Они ошибаются, им позволяют это делать опять же для того, чтобы люди все-таки умеренные, люди идущие именно к прогрессу попадали под определение фашиста только потому, что он про Родину рот открыл. Как мы, например мы сейчас два фашиста, чтоб вы знали. Поверьте, так и произойдет.

Дмитрий совершенно прав. Он гораздо более продуктивен, чем человек, который инфантильно лупится в порнуху в Интернете. И удивительно с сетью – не нашей, а американской, Дмитрий совершенно верно и правильно сказал – мы получили возможность заявить о своем мнении и своих мыслях на всю планету. Пользуйтесь этим, не забывайте, что пока это в ваших руках, будьте любезны, сражайтесь, говорите, ошибайтесь, получайте под задницу, и сразу готовьтесь. Если вы действительно собираетесь что-то хорошее и полезное сказать, то вас смешают с гуано. Это есть некий элемент смирения опять же православного. Да ради Бога, вперед. У нас Бога к кресту приколотили, о чем мы еще говорим? И все предали его при этом, все, кроме матери. Мать внизу стояла, все остальные перепугались. И друзья ваши перепугаются, такое бывает. Но подумайте о величии задачи и попробуйте это сделать.

Андрей Кочергин: Завершающее слово.

Дмитрий Пучков: Я повторю. Промолчи и Сатана восторжествует.

Андрей Кочергин: Не пресечение зла и зла умножение. Молчать нельзя, никому молчать нельзя. Аллилуйя.  

Отзывы

 

  2020. Все права защищены.

Любое использование материалов допускается только с согласия редакции.

Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл No ФС77-59858 от 17 ноября 2014 выдано Федеральной службой
по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых
коммуникаций (Роскомнадзор).

Поддержать канал