Подписка на обновления:
Подписаться

Пройти крещение огнём

День ТВ   01.06.2012   25253   92   00:35:56  
Программа
«Национализм»
Ведущий
Максим Калашников
Гость
Роман Зенцов
Футуролог Максим Калашников беседует с общественным и политическим деятелем Романом Зенцовым о развитии политического кризиса.

 

Пройти крещение огнём

 

Футуролог Максим Калашников беседует с общественным и политическим деятелем Романом Зенцовым о развитии политического кризиса.

 

Из выступления Романа Зенцова

«Здорово, славяне! Да, я выступаю за националистов, потому что мы – националисты – любим свой народ, уважаем и защищаем его культуру и традиции. Еще больше мы социалисты, потому что неприемлем тот капиталистический рай, в котором живет последние 20 лет наш народ. Мы неприемлем кредиты и бархатная рабство для простого человека. Неприемлем то, что труд и созидание – высмеяны и человек труда освобожден от этого занятия. Вместо этого дали алкоголь, наркотики, депрессии, «ДОМ-2» и всяческого вырождение. Поэтому я заявляю, то мы – народники! Мы те, кто проводит народную волю. Мы объединяем и слева, и справа и готовы принять под свои знамена всех здравомыслящих молодых людей, которые готовы растолкать локтями нынешних политиканов».

 

Максим Калашников: Куда пойдет русский национализм в качественно новых условиях? Об этом сегодня мы беседуем с культурологом, общественно-политическим деятелем, человеком крайне авторитетным в русских кругах, с Романов Зенцовым. Роман, добрый день!

Роман Зенцов: Приветствую!

Максим Калашников: Мы рады видеть вас в студии. Роман, действительно, сейчас ситуация качественно новая. За последние полгода. В какую сторону должен сейчас развиваться русский национализм? По какому пути должно идти русское национальное движение?

Роман Зенцов: Я немного пространно начну отвечать на вопрос. На самом деле сейчас и времена значимые и непростые. Сейчас то, что раньше описали в «Сумерки Богов» и как Достоевский устами одного героя своего выразил: «Коли нет Бога, так все дозволено». Я считаю, что сейчас цивилизационный кризис. Традиционная цивилизация, которая была до этого, столкнулась с иерархическими и морально-нравственными установками. Мужчина по жизни был мужчиной, женщина – женщиной и функции у них были соответствующие. Государство было некой структурой, уважаемая народом и уважающая свой народ, которая боролась за интересы народа и территориальные позиции. Такие понятия, как род, нация, семья, честь и сила тоже имели значение. В конце концов, они не были пробуждены и не победили. В отличии от антагонистов олимпийского божественного характера, теллурической силы, силы хаоса и толпы, в плохом смысле слова – не народа, а именно толпы.

На сегодняшний день столкнулись именно традиционная и инновационная цивилизации. То, что нам сейчас предлагают архитекторы нового порядка, разрушив все основы…

Максим Калашников: Я бы назвал это не инновационной, а больной антицивилизацией.

Роман Зенцов: Да, это антицивилизация, которая в итоге сгинет. Много у нее возможностей сгинуть, апокалипсически и так далее. Суть не в этом. К чему я так витиевато говорю? На самом деле не так все просто и Россия подошла к тому моменту, где Россия, как государство, российский народ стоит перед очень серьезным выбором – либо идет демонтаж, как уже был демонтаж Советского Союза и демонтаж будет, через выхолащивание и демонтаж народа, этноса, русской цивилизации. Либо не через демагогию и какие-то философские, умозрительные доктрины, а через действие, борьбу, объединение на каком-то уровне и в дальнейшем созидание.

Чего сейчас нет? Нет порядка ни в чем. Власть слаба. Почему? Все очень просто, потому что во власти сидят люди, та же чернь, но в дорогих костюмах, потом что они сели на нефтяную трубу и они себя не ассоциируют ни с этим народом, ни с этими территориями, ни тем более с этой страной. Для них это угодья, которые они сейчас выкачивая, эксплуатируют. Пробуждены те силы, силы хаоса и коллективизма в плохом смысле слова, не социализма и социальности.

Максим Калашников: Скорее стадности.

Роман Зенцов: Да. Пробуждены силы, с помощью которых 20 лет назад нынешняя псевдоэлита пришла к власти, разбив то, что создавалось до этого не ее руками. Она захватила ресурсы, территории и просто власть в стране. Силы эти же пробуждены и просто так их нельзя выключить. Сейчас они как бумеранг вернулись и сметут эту же самую власть. Она заигралась и это случится.

Другое дело наведут ли те силы созидания и правильные силы порядок, возможности и желание самоорганизоваться, перехватив инициативу навести порядок здесь дома, в стране, в душе и вообще в межчеловеческих отношениях.

На сегодняшний день я бы сказал, что нам надо уйти с позиции пассивного наблюдателя. Национально-патриотические силы – это силы созидания, которые пытаются остановить развал этой страны и просто предотвратить эту цивилизованную катастрофу. На мой взгляд, необходимо не быть сторонними наблюдателями, а заявить о себе, как о силе. Потому что на сегодняшний день, если честно, для людей, сидящих наверху, все это стояние с белыми, красными ленточками – это все ерунда.

Силу может переломить только сила. Они бросают вызов: «Что вы там? Кто вы? Рабы, чернь, болтайте. Мы делали это не раз – мы одного купим, трех посадим и все уйдет». Поэтому на сегодняшний день без политических боев новая элита, которая сможет взять на себя ответственность, не сформируется. Все это будет болтология.

Максим Калашников: Попробуем зафиксировать происходящее. Элита – это быдло элиты.

Роман Зенцов: Псевдоэлита. Она не соответствует ни внутреннему статусу, ни моральным, ни каким-то характеристикам элиты.

Максим Калашников: Чернь в костюмах от Кардена.

Роман Зенцов: Да, не более того.

Максим Калашников: Вопреки расхожему мнению она не так уж сильна и это видно. Она пробудила теллурические силы хаоса, багровое зло. Оно пошло и его не удержишь.

Роман Зенцов: Оно и в Европе, и в Америке, везде, по всему миру.

Максим Калашников: Сейчас везде идет банкротство элиты.

Роман Зенцов: Да, пассионарность. То ли это искусственный процесс, то ли он продуман и создан.

Максим Калашников: Или естественен, мы писали об этом.

Роман Зенцов: Да, я говорил, что сейчас время такое. «Сумерки Богов» называли это.

Максим Калашников: Зная, что впереди, так или иначе, но грянет буря, нужно попытаться сделать острова организации порядка.

Роман Зенцов: Более того – необходимо. Нужна сила тому, кто претендует на власть. Демагогия работала последние двадцать лет. Народ и наиболее здравомыслящие силы уже аполитичны. В том смысле, что они политично глубоко сконцентрированы внутри, но аполитичны внешне. Потому что слово «политика» выхолощено, сейчас это политическая проституция и не более того. Там нет людей, которые говорят: «Я – политик». Это не люди аристократы, не люди воины, не люди духовники – это просто торговцы. Сейчас время торгашей и каждый торгует всем, чем можно. Кто-то продает идеи, кто-то продает политику, кто-то продает себя в прямом смысле, кто-то продает ресурсы. Торгашеский дух обличают в различные формы, чтобы он выглядел благопристойно, но нет сакральности ни в чем – это цивилизационный кризис.  Нет сакральности ни в религиозной жизни, ни в социальной жизни, ни в политической жизни.

Сейчас есть возможность, как говорил Гумилев: «Сейчас идет надлом». Этнос и из этноса, и будет произрастать суперэтнос. Два пути. Если это произойдет, то из всего мира, который рушится вокруг, начнут вырастать маяки – здравомыслящие люди, которые выше этого и готовы сражаться. Из них будет образовываться новая элита.

Если нет, то мы пойдем по-другому пути. Будет война, этнические столкновения, все что угодно, прямая оккупация. Мы ядерная держава, но все-таки наш статус по военно-политическим и экономическим показателям не соответствует этой державе. Нас просто физически оккупируют и сбросят на обочину.

Максим Калашников: Роман, давайте попробуем определить, держать может быть в неких рамках приличия. Есть конкретная дата и конкретное действие – 12-ое июня и продолжение протеста. Накануне было совещание национально ориентированных ребят, вожаков национальных организаций. Решили все-таки идти 12-го числа вместе с либералами и леваками. Я не могу назвать их красными, потому что красные могут быть и не леваками на самом деле. Ты прекрасно знаешь, что есть нацболы те же.

Идти вместе с либералами, поскольку тягаться с ними по мощи в СМИ и популярности нельзя. Идем, но становимся на правом фланге с флагами и пытаемся выиграть картинку за счет очень броских лозунгов и транспарантов. Наш покорный слуга предложил, пойти вместе, но уйти перед митингом и устроить флэшмоб. Все-таки надо отделяться от либералов, чтобы не служить их прицепом.

Почему на совещании решили, что взять трибуну невозможно? Там «тройной кордон, не прорвешься, пробовали, не надо», значит, будем в картинку лезть с транспорантами. Ваше мнение по этому поводу.

Роман Зенцов: Все очень просто. Фильм «Троя» смотрел? Там говорилось: «Страшно». – «Так потому безвестен будешь ты». Страшно брать трибуну? Зачем тогда туда идти? Я не осуждаю мнение большинства ребят, которое было принято, за ними пойдет определенное количество людей. Хорошо, встали сбоку, в картинку. Для чего? Время торгашей и мы торгуемся, показывая власти: «Мы тоже есть! Давайте на нас ориентироваться, мы тоже сила». Мы изначально в роли просителей. Власть говорит: «Ребята, прежде чем с нами договариваться – научитесь нам мешать». Они правы.

Мое мнение, еще раз говорю, что я не хочу идти вразрез тактических шагов совета – принял совет, значит так и будет, но я считаю, что сегодня так нельзя. Стоять картинкой, а дальше что? Поторговались и что дальше? Что мы выиграем от их СМИ и популярности? Пушкин говорил: «Все куплю», — сказало злато. «Все возьму», — сказал Булат». Если мы дерзновенная сила, как сейчас власть говорит: «Кого-то купим, кого-то задавим. Вы сила? Покажите. Если нет, то сидите и не пыхтите, плюйте в телевизор». Вот, что сейчас делает власть. Она открыто заявляет – хотите 1, 5 млн. рублей штрафа сделаем? И они сделают. Они просто идут на обострение конфликта.

Я бы на их месте вообще запретил все партии. Зачем эта клоунада? Зачем у нас столько политических проституток и клоунов в виде оппозиции? Правящая партия едина и значит надо заявить: «Мы, «Единая Россия», сидели и будем сидеть. Сильные? Давайте, заберите власть». Тогда народ скажет: «Да, слабоваты мы». Вернее не народ, а элита. Народ и не должен идти, он должен наращивать благосостояние, рожать детей, обрабатывать землю и поддерживать ту элиту, которая защищает ее. Поэтому мы и элита. Если нет своей элиты, которая скажет: «Извините, мы за народ готовы садиться, готовы сражаться», то возникает сила.

Второй вариант. Слабоваты? Значит, отойдите в сторону, не ваше время еще ребята. На ринге куча претендентов. Чемпион стоит и говорит: «Хорошо, поговорили. Заходи следующийй». Кто заходит, тот на следующий день может стать чемпионом. Болтовня ничего не даст.

На сегодняшний день нужна сила, которая будет даже сверхнациональной  — это мировоззренческая, это что-то новое, религиозно-расовая и национальная в хорошем смысле слова. На самом деле слово «национализм» и слово «патриот» тоже опошлилось. Почему? Потому что не было действия, ничего не было и народ сейчас воспринимает, я это говорю со стороны: «Кто? Националисты? Не сила». СМИ подлило масла в огонь с фашизмом, приравняли все эти понятия, навесили клише, но все эти клише быстро рассыпаются.

Дело не в этом, получается, что мы стоим в очереди к власти: «Отдайте. Давайте с нами разговаривать, смотрите – мы сила».

Максим Калашников: Шестым в очереди за Навальным.

Роман Зенцов: Да плевали они. Большевики сто лет назад это поняли, когда остальные стояли в очереди – эсеры, правые, левые. Они делали свое дело и все. Была малочисленная, сплоченная организация с жесткой дисциплиной и знающая свою цель.

Максим Калашников: Роман, если брать именно конкретный случай 12-го числа. События в Питере показали, что взять митинг и повести его за собой можно.

Роман Зенцов: Везде можно.

Максим Калашников: В Питере был митинг, и трибуна тоже была огорожена.

Роман Зенцов: Везде она огорожена, но не в этом дело. На самом деле те ребята, которые там стоят, простые Омоновцы – они сами рады, если будет какая-то третья сила, вменяемая и здравомыслящая, а не блеющая какие-то лозунги. У них нет позитивного мировоззрения. Не просто какие-то лозунги «Вова, уходи» или «Вова, приходи». Нет программы, нет картинки мира.

Максим Калашников: А что ты предлагаешь?

Роман Зенцов: Что ты можешь предложить простому народу? Простой народ ассоциирует: «Что либералы, что другие – вы все политиканы. Вы хотите прийти, сесть к кормушке и также нас потом угнетать». Вот и все. Нет нормальной сверхидеи. Сейчас только сверхидея и сверхжертвенность сможет поднять народ и побудить к каким-то действиям. Всего остального народ наелся. «Вы лжецы. Чернь наверху, чернь внизу, — как говорил Заратустра. – Я не могу понять, кто из вас кто».

На сегодняшний день я не оспариваю, там уважаемые мной многие люди, они делают свою работу, вспахивают поле на своем участке, каждый как может. Мое только уважение к различным организациям национального и патриотического толка. Но я говорю о прагматике, о низком КПД. Если мы не способны самоорганизоваться и заявить о себе, как о силе, которая будет сметать – а сметать надо все и либеральную группу, и тех, которые зарвались и зажрались, и плевали на всех – то народ больше не пойдет ни за кем. Не пойдет.

Максим Калашников: В Питере получилось перехватить митинг.

Роман Зенцов: Я говорю к тому, что это можно сделать. В Москве еще больше ресурса. Нужно заявлять себя, как силу. Многие большие вожди и народы делали именно так. Троцкий говорил: «Голоса не подсчитываются, а они завоевываются». Все так делали, они приходили на митинги и говорили: «Ребята, а эти лгут. Они поступают против этих, правильно! ». А кто они? Все эти Немцовы и так далее. Это те, кто 20-ть лет назад привел вот этих людей к власти. Это их дольщики, но дольщики потом  сказали: «Давайте, займитесь шоу-бизнесом».

Максим Калашников: Их кинули.

Роман Зенцов: Что у них? У них псевдолиберальные и псевдодемократические демагогии и все. Больше ничего нет. Какая программа? Какие действия? Нет у них ничего и те, кто сидят наверху – их товарищи. Не знаю вместе они или не вместе, суть не в этом.

Максим Калашников: Роман, ты знаешь, я тоже сидел на этом совещании, меня Иван Миронов позвал. Борис Сергеевич тоже там был. Андрей Савельев, лидер «Великой России», вместе со мной предложил: «Давайте уже сейчас поставим комитет или правительство национального спасения и четкий набор требования. Помимо требований ответственной власти, борьбы с коррупцией, борьбы с миграцией.

Роман Зенцов: Общих требований.

Максим Калашников: Да, общих. Пытались ведь донести до основной массы, но вы так слипаетесь с либералами.

Роман Зенцов: Просто это протестный электорат, протестный потенциал. Те же теллурические силы получаются. Силы коллективизма – это не аристократические силы.

Максим Калашников: Самое интересное, как говорит Белов: «Это же не либералы, а гражданский протест. Будет коалиционное правительство. Надо идти вместе с народом, а не впереди него, то есть по течению».

Роман Зенцов: Как и ходили, а потом их обезглавили сто лет назад. Левые эсеры и так далее.

Максим Калашников: Примерно так и было сказано.

Роман Зенцов: Так и будет. Либералы, благодаря своим товарищам и кураторам из-за рубежа, потом очень легко перехватят инициативу. Если они думают, что мы сейчас тихим сапом это сделаем, а они потом перехватят инициативу – не получится. Если по-другому, то получается просто сесть к кормушке, но какие вы тогда националисты, народники? Какой народ, о чем речь? Власть интересна? Я не понимаю этого.

Максим Калашников: Если сейчас подвести некий итог разговора, то надо предпринимать самостоятельные действия. Если ты вышел на митинг, то прорывайся к трибуне и пытайся развернуть за собой митинг.

Роман Зенцов: Делай свое дело. Зачем идти на митинг с теми, с кем ты стоишь совершенно на разных идеологических позициях?   За общее покачать? Либерально-демократическая идеология, которая привела к тому, что мы сейчас имеем, и мы стоим рядом с апологетами и глашатаями этой идеологии. Стоим и говорим: «Вова, уйди». Делаем только хуже.

Максим Калашников: Зачем я буду стоять с этими радужными педерастами и геями? Но подчинился большинству.

Роман Зенцов: Власть заявляет: «Проснулись? Наелись? Хотите мышцами поиграть? Давайте, кто готов? Когда будет сила, мы даже готовы сесть и вести переговоры. Давайте померимся». Власть так берется. Сейчас Интернет напичкан лжетеориями. Революционные действия в Германии, Италии, России прошлого века происходили по-другому.

Максим Калашников: Да, согласен с вами, Роман. Есть какая-то пассивность, настроенность на то, что «мы же слабые». Саша Белов, вроде умный мужик: «Один Акунин превосходит нас по популярности, что мы можем сделать? ». Немцов может 20 000 долларов выложить за обеспечение митинга, за трибуну, а мы и 2 000 долларов не соберем. «Куда ж мы сами? ». У них страх проигрыша.

Роман Зенцов: Все это пассионарность. Поэтому сейчас в Европе наступает и более того одерживает победу ислам, потому что у него есть четкая иерархическая составляющая. Дух стоит над материальным, потребительским, дешевым демагогическим состоянием общества.

На сегодняшний день я бы даже отказался от слова «национальный», потому что здесь уже что-то выше. Нужны новые теории, идеи и действия. Два раза в одну реку не войти и не склеить разбитую чашу, нужны новые методы и новые жертвы.

Максим Калашников: Роман, но ведь пока даже еще имени нет этого нового.

Роман Зенцов: Оно созревает, причем подспудно созревает. Его нет в тех слоях народа, которые не ожидаешь, которые здравомыслящие и аполитичны именно к этой политике, к проституции. Те люди, которые не зашорены ничего. Вырастает новый суперэтнос и он есть. Про молодежь говорят, что они потерянное поколение Pepsi. Нет, ребята, это не так, эта молодежь еще покажет.

Максим Калашников: Роман, ты боец, который тренирует, поэтому ты видишь эту часть.

Роман Зенцов: Ребята, которым сейчас по 19–20 лет, через 5 лет заявят о себе. Если нет пассионарности, если у тебя есть планка и ты не готов прыгнуть выше, то ничего не будет.

Максим Калашников: Володя, тоже так сказал на совещании, я под впечатлением: «Надо же взять свою долю власти». Не власть, а долю власти.

Роман Зенцов: «Потому беззвестен будешь ты».

Максим Калашников: Некий коммерческий подход.

Роман Зенцов: Торговля, а народ, который смотрит со стороны, что он думает? «Дольку взять опять от нас? ». Скоро все начнется банально, даже не оттуда, откуда ждут. Начнется все с новой «пугачевщины», с Пугачева, который скажет: «Ребята, через свое окаянство готов взять на себя весь этот грех и карать неправедных», а неправедных много. Просто даже без цели занять место президента, чтобы навести порядок, очистить все от нерадивых чиновников, которые сюда орды запускают и продают все и вся. Просто навести порядок, а вот после этого придет поколение, которое на том геройском опыте создаст и партии, и организацию. Может и такое случиться.

Максим Калашников: Роман, то есть твоя задача на сегодня это вытащить самые здравомыслящие молодые пассионарные элементы и сложить их в какую-то структуру.

Роман Зенцов: Я не загружаю себя миссионерской целью. Я делаю то, что получается, чем больше я в этой среде, тем больше я понимаю, что в это смутное время правления зла может получиться так, что зло победит только более злой гений. Народ может за красивыми словами и речами принять на себя такого лидера, который наведет порядок и все почистит, но все это будет не бархатное и с ленточками, а будет через сражение, кровь и грязь.

Максим Калашников: Интересно то, что когда пытаешься говорить о том, что впереди не будет легкой победы – нельзя повязать ленточку…

Роман Зенцов: …и тебе дадут дольку.

Максим Калашников: Да, «Пука Клитина» падет и сразу же наступит дискотека, прекрасная жизнь. Нет, ребята, впереди серьезная и жестокая работа. От этих разговоров пытаются уходить.

Роман Зенцов: Ведь это надо работать, надо учиться. Мы просрали все. Даже если мы сейчас получим власть, то мы столкнемся с тем, что схватимся за голову. У нас уровень сознания населения очень низкий. Мы за 20 лет опустились до состояния люмпена, до состояния именно черни с ее похотливыми и потребительскими мыслями. У нас закрыты все ПТУ, у нас ничего нет – это говорит о том, что скоро мы не сможем выдерживать конкуренцию на мировом уровне.

Максим Калашников: Мы уже не выдерживаем.

Роман Зенцов: Поэтому не все так просто. Почему они не трогают эти демонстрации? Ведь им разогнать их пара пустяков, это так, клапан выхода пара. Знаешь почему? Потому что силы в них нет. Власть не чувствует в них силы, им на них плевать. Немного дрогнули, трон зашатался, когда миллионы вышли, но дрогнули не поэтому, а потому что Пугачев может появиться  и сказать: «Коли нет правды, так и нет ничего» и пойдет гулять по России-матушке.

Максим Калашников: Куда сейчас молодому неравнодушному русскому парню лучше присоединяться?

Роман Зенцов: Надо быть здравомыслящим. Не надо верить никаким глашатаям. Никому не надо верить, даже мне.

Максим Калашников: Самому надо думать.

Роман Зенцов: Верь себе. Обязательно верь в свой народ и готовься. Мало верить. Какой толк объяснять маньяку, что он не прав, если ты стоишь такой худенький, а он с пистолетом и стреляет в тебя?

Говорить, не мешки ворочать. Надо готовиться. Мужчине надо быть мужчиной. Надо тренироваться, хотя бы спортзалах, не говоря уже об остальном. Мужчина должен уметь защищать себя, семью, страну, девушку, мать. Для этого не только надо уметь кулаками махать и стрелять, а еще и интеллект иметь.

Максим Калашников: Роман, у тебя есть сейчас планы на открытую публичную политику?

Роман Зенцов: Уже полгода, как я ушел от публичности. Если честно, то просто надоело болтать, но это не значит, что мы не работаем. Мы действуем и еще как. Наша молитва на сегодняшний день – это деятельность. Другое никто ничего не предложит сейчас, поэтому мы делаем, может быть, не так, как хотелось бы. Я даже рад, что так происходит.

Сейчас были выборы и 50% народного населения выбрало себе кумира. Вот и держите! Сейчас начнется экономический кризис и жрать будет нечего. Будут ходить орды непонятных люмпенов и своих, и чужих из Средней Азии.

Наш народ надо довести до ручки. Когда силы хаоса снимут маски и покажут, кто они, в этот момент мы перехватим инициативу. Мы будем сильнее, организованней, мы будем уметь действовать, мы будем силой – большим кулаком, который нокаутирует любого.

Максим Калашников: Роман, ты тренируешь в спортивной лиге. Я темный человек в этом отношении. У тебя в Питере спортивный клуб?

Роман Зенцов: Не только в Питере, где у нас сеть клубов, но и по стране у нас есть очаги сопротивления – это спортивные клубы, но спорта мало. Мы контактируем с ребятами из спецназа, с ветеранскими организациями. Не для показухи или чтобы снять ролик, как они стреляют. Ребята по-настоящему идут служить в армию там, где они находятся, желательно в спецназ, чтобы не дачи строить, а получать реальный опыт. Приходят из армии и на местах у себя в районах открывают школы, военно-патриотические кружки и учат ребят не только кулаками махать и в боксе бороться, а обращаться с оружием, постигать дисциплину и верность, потому что это отличительные свойства воина или тех, кто претендует быть воином.

Максим Калашников: Не научишься подчиняться, не научишься командовать.

Роман Зенцов: Болтать и ходить с мотней на штанах, быть недовольным властью «Вова уходи, Миша приходи» и что дальше? Ты иди и сделай.

Максим Калашников: Если люди захотят к вами прийти, то как связаться?

Роман Зенцов: Можно писать на сайт soprotivlenie.ws. Ребята занимаются именно военно-силовой деятельностью. Я больше занимаюсь общественно-политической деятельностью, чтобы не мешать все в одну кучу. Ребята занимаются хорошим делом. В крайнем случае, просто для того, чтобы страну нашу защищать. Какова бы она не была – она наша и кто бы там наверху не сидел, ее нужно защищать. Ребята готовятся, дисциплинированно идут служить.

Максим Калашников: Роман, я полностью поддерживаю и жалею, что мне уже 46 лет и я не моложе. Сейчас это созрело, тогда атмосфера была похуже. Я прекрасно понимаю, что если даже будут маленькие ядра организации взаимосвязанные друг с другом, то в случае этого хаоса, бури и бардака, начнут нарастать мышцы. Люди будут сходиться даже в небольшую организацию – это как вы кидает в раствор кристаллик соли и он разрастается. Примерно этим вы с соратниками и занимаетесь.

Роман Зенцов: Да.

Максим Калашников: За это вам нижайший поклон, наконец-то эта работа пошла.

Роман Зенцов: Тем не менее, я не отказываюсь от политической деятельности. Мне не очень нравится слово «политической», потому что оно дискредитировано.

Максим Калашников: Общественно-гражданской деятельностью.

Роман Зенцов: Народническая деятельность по спасению нашего народа и государства – это выше политической, это мировоззренческая деятельность.

Максим Калашников: Кто близок по духу? С кем ты работаешь сейчас?

Роман Зенцов: Близки люди традиционалисты и патриоты своих народов. Не только нашего народа. Более того, надо ставить вопрос объединения с людьми из других народов и стран, которые отстаивают традиционный образ жизни, которые отстаивают антилибералистский, антидемократический в плохом смысле этого слова образ жизни. Здесь в стране я открыт. У меня нет плохой привычки говорить за глаза, да и в глаза тоже. Сплетни и политическая проституция мне чужды. Я открыт и я понимаю, что каждый парень, который это делает, делает это за или он просто предатель своего народа и делает это неискренне. Бумеранг возвращается и он за это ответит.

На сегодняшний день не нужно этих ссор, не надо вбивать клин между крайне правыми и какими-то силами, которые пытаются выбиться. Нельзя разжигать межрелигиозные, поколенческие, межличностные конфликты. Нельзя этого сейчас делать – это старые понятия. Сегодня уже новые веяния, новые требования. Более того, сейчас в правую среду проникают элементы пассионарности.

Сейчас формируется новая среда, будущая политическая элита. Впереди у нее испытание огнем. Если она не пройдет эти испытания, то это будет не элита, а псевдоэлита и она будет не лучше, чем нынешняя.

 

 

Отзывы

  2020. Все права защищены.

Любое использование материалов допускается только с согласия редакции.

Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл No ФС77-59858 от 17 ноября 2014 выдано Федеральной службой
по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых
коммуникаций (Роскомнадзор).

Поддержать канал