Подписка на обновления:
Подписаться

Ставка на горстку

День ТВ   23.05.2013   27419   212   00:35:57  
Программа
«Общество»
Ведущий
Дмитрий Плеханов
Гость
Герман Стерлигов
Герман Стерлигов об источниках финансового, духовного и прочих кризисов. Ведущий — Дмитрий Плеханов.

Дмитрий Плеханов: День добрый! Сегодня поговорить о кризисах, в которых мы живем, – кризисе экономическом и кризисе нравственном, мы пригласили православного христианина Германа Львовича Стерлигова. Здравствуйте, Герман Львович!

Герман Стерлигов: Здравствуйте, дорогие друзья.

Дмитрий Плеханов: Начнем, пожалуй, наш разговор с финансового кризиса. Вы – человек, который пытается изменить мировую финансовую систему, и человек, чьи дети занимаются малым предпринимательством. Можно сказать, что ваша семья на разных уровнях имеет отношение к финансово-экономической деятельности. Вы можете сказать, как на вашей семье, как на вас, как вы чувствуете и чувствуете ли, что этот кризис, который нам декларируют, что он существует? Как он на вас отражается, на вашем существовании?

Герман Стерлигов: Решение проблемы кризиса финансового кроется в разрешении кризиса экологического. Потому что та ситуация, которая сейчас сложилась в мире с экологией, она вызвана изменением образа жизни миллиардов людей. По всему миру люди жили своими хозяйствами, а сейчас живут в мегаполисах. И подавляющая часть населения, во-первых, сосредоточена в мегаполисах, во-вторых, именно мегаполисы являются заказчиками и потребителями львиной доли электроэнергии, условно 99%.

Мегаполисы являются заказчиками всего того, что портит нам окружающую среду. Почему? Потому что когда люди живут в мегаполисах, они по сути ничего не делают, то есть они придумывают себе всякую работу. Кто на телевидении работает, кто юристом работает, кто проституткой работает, кто кем, но ничего не производят, кроме бла-бла-бла. Но ведь им надо же жрать что-то, а для того, чтобы такое количество людей прокормить, той горстки людей, которая осталась на своих хозяйствах, недостаточно. Поэтому проклятым ученым приходится придумывать всякую отраву, которую можно производить чуть ли не на заводах. Так называемые агрохолдинги и современные методики выращивания продуктов питания.

Поэтому научно-технический прогресс стремительно двигается вперед и тащит за собой все больше изменения образа жизни, оставшегося количества людей, – с сельского или частного крестьянского на городской. Отсюда у нас все проблемы. Потому что, что такое финансовый кризис? Это банковский кризис. У нас сейчас финансов кроме как в банках нет, а банки функционируют только в мегаполисах. Банки в режиме обслуживания частных крестьянских хозяйств – это вообще совершенная аномалия, которую невозможно себе представить. Я – крестьянское хозяйство, я и банки живем на разных планетах. Мне вообще наплевать какой курс у доллара, евро, что там происходит с ценными бумагами. Это важно только городским жителям.

Также городским жителям важны искусственные продукты питания – это влечет за собой уничтожение лесов, полей, рек и так далее. Потому что все, что производится искусственно, оно не просто производится искусственно, а одновременно уничтожается вся окружающая среда при производстве этих продуктов питания. К примеру – выращивается искусственно рыба в озере в садках. Через некоторое время озеро умирает, потому что начинаются генные мутации водорослей, микроорганизмов, рыбы, которая просто в озере живет, а не в садках. И озеро мертвое. Пример тому – Карелия, где загублены тысячи озер. Также в любой сфере.

Дмитрий Плеханов: За счет чего мутация?

Герман Стерлигов: За счет того, что рыбку, которую выращивают искусственно, кормят химией. Там такие трубочки вылезают из воды, из которых пилюли выскакивают, а рыбка на лету их ловит и быстро вырастает. Лосось, семга, форель. И здесь вам эту отраву всю скармливают, которую даже собакам давать нельзя. Вот этой химией уничтожается вся флора и фауна озера. Понимаете? Любого озера.

Поэтому искусственно выращивать рыбу в любом озере можно только несколько лет. После этого вымирает и само озеро, и даже искусственная рыба там уже не выживает. То есть это мертвая зона со страшными мутантами. Еще раз говорю, яркий пример – Карелия. Прекрасный был край. Сейчас не то, чтобы пить из озер, купаться в них нельзя – страшное место. То же самое в Норвегии во фьордах, там, где выращивается вся эта отрава.

И так во всем. То же самое с почвами и искусственными удобрениями. Все удобряется для того, чтобы все быстрее и в пять раз больше все вырастало. Когда долго на удобрениях все вырастает, тогда уже без них и никуда. Нужно чтобы сколько-то десятков лет земля отдохнула, чтобы опять на ней что-то вырастало без химических удобрений.

У нас же вся экология и вся современная финансовая система изменилась, и началось с одной стороны уничтожение экологии, а с другой стороны театр абсурда, которым называется сегодня банковская мировая система. Все это началось, когда появились бумажные деньги. Первый бумажный вексель, ассигнация стали началом нашего конца. Прежде всего, конца экологии. Потому что бумажные деньги дали толчок, прежде всего, научному прогрессу. Золото и серебро проклятым колдунам особо и не давали.

Потому что никто из правителей, кто обладал реальным золотом и серебром не мог понять, на что дает деньги. Как можно объяснить, что там получится исходя из фундаментальных исследований? Никто ничего не понимает, во что выльется. Когда появились бумажные деньги, их стали давать вволю, на всякий случай. Потому что стоит станок и их можно напечатать – сколько хочешь – неограниченное количество.

Отсюда появился, во-первых, научный прогресс, который на сегодняшний день нас почти доконал, а во-вторых, банковская система. Банковская система без научного прогресса и без бумажных денег существовать не может. Потому что, что такое безналичные расчеты? Безналичные расчеты – это достижение современного научного прогресса.

Дмитрий Плеханов: Простите, а разве банковская система, вернее ее суть – ростовщичество – не гораздо древнее научно-технического прогресса?

Герман Стерлигов: Это не суть банковской системы. Суть банковской системы сегодня – это замена реальных денег мифическими, виртуальными деньгами. А ростовщики были всегда испокон веков, но они никогда не могли оказывать влияние на жизнь государства и народов. Там кто-то проигрался, кто-то жене задолжал, еще что-то – можно пойти, что-то заложить, сдать и под проценты взять денег. Как правило, это были ломбарды, потому что ростовщик без залога денег не давал. Поэтому ростовщик ближе к ломбарду, чем к банку. А банк – это замена денег настоящих, то есть золотых и серебряных на ненастоящие, которые ничего не стоят – на бумажные. И неважно это рубль, доллар, евро. Сейчас доллар и евро – реальные деньги. Все остальные – рубли, тенге и прочие – это как виртуальное опять же отношение к доллару и евро.

Дмитрий Плеханов: Но так они должны быть чем-то обеспечены.

Герман Стерлигов: Они ничем не обеспечены. В этом суть банковской системы. Именно в этом, а не в ростовщичестве. То есть это обман.

Дмитрий Плеханов: Вы говорите, что рубль и тенге как бы на одном уровне, а доллар и евро – это другой уровень. Получается, что доллар и евро – это валюта, которой можно доверять, соответственно она обеспечена, а рубль и тенге – не обеспечены.

Герман Стерлигов: Я не так сказал, вы меня неправильно поняли. Ни рублю нельзя доверять, ни доллару нельзя доверять, потому что и то и то – резаная бумага. Но в силу сложившегося отношения и договоров между людьми и между государствами, именно в долларе и в евро идут международные расчеты. И выход из доллара и евро, другие расчеты, это и есть крушение доллара и евро. Они не более обеспеченные, чем рубль. Они ничем не обеспечены.

И вообще бумажные деньги не могут быть ничем обеспечены. Этот обман, эта глупость была пройдена в ХХ веке, когда на долларах было написано «обеспечено золотом». Чем закончилось? Закончилось тем, что они ничем не обеспечены. Это обман. Если опять на любой бумажке написать «обеспечено золотом» это опять будет просто очередной обман. Деньгами может быть только золото и серебро, там Богом установлено. Господь в Священном Писании говорит: «Мое злато и серебро, кому хочу, даю его». Это испокон веков расчетное средство между людьми.

Дмитрий Плеханов: Вот вы, кстати, говорите, что вас не волнует курс доллара, курс евро. Однако мировые котировки золота все-таки не являются чем-то неважным. На них обращается внимание.

Герман Стерлигов: Они абсолютно неважные. Они абсолютно виртуальные, как бумажные деньги, как бумажные документы про золото.

Дмитрий Плеханов: Почему?

Герман Стерлигов: Потому что измерение золота в бумажных деньгах или электронных – это абсурд. Как можно изменить ценность не ценным? Это невозможно методологически. Это не более чем воздействие на ваше сознание. Когда говорят каждый день по несколько раз: «Сегодня золото стоит столько-то», «Сегодня золото в бумажных деньгах стоит столько-то», «Вчера золото в бумажных деньгах стоило столько-то». За счет этого глупого, очень тупого повторения люди просто как в рекламе Coca-Cola – тупейшая реклама, но миллион раз повторенная и люди что-то там воспринимают. Точно также и здесь. Нет никакой стоимости золота в долларах. Оно отсутствует. Это, во-первых.

Дмитрий Плеханов: А в чем его можно измерять?

Герман Стерлигов: В серебре. В ценностях – в нефти, в рубашках, в часах.

Дмитрий Плеханов: А если переложить бумажные деньги на нефть, допустим? Самый банальный показатель.

Герман Стерлигов: Невозможно. Потому что на самом деле нефть мы отдаем бесплатно. Если мы отдаем нефть за бумажные деньги – мы платим дань. Понимаешь? Мы ничего за это не получаем, кроме даже не резаной бумаги, кроме циферок в компьютере, которые обесцениваются в одно мгновение при определенном складывании обстоятельств. Золото ни при каких обстоятельствах не обесценивается, нефть тоже, а бумажные электронные деньги становятся фантиками или вообще ничем в определенный момент. Таких случаев, даже на нашей с вами памяти несколько. И в России, и в других странах.

Дмитрий Плеханов: Хорошо. А если посмотреть на нынешнюю стоимость золота в пересчете через призму бумажных денег...

Герман Стерлигов: Зачем так извращаться?

Дмитрий Плеханов: ...поскольку они все-таки существуют, на нефть.

Герман Стерлигов: Дима, зачем такие сложности? Нам проще нефть продавать за золото или за серебро и не заморачиваться.

Дмитрий Плеханов: Это понятно. Я вопрос хочу задать. По-вашему нынешняя стоимость золота недооценена или переоценена?

Герман Стерлигов: Она абсурдна. Потому что нельзя золото оценить в том или ином количестве резаных бумажек – это бред. Если мы говорим «оценена» или «недооценена», то мы признаем систему этого расчета. Это маразм. Яркой иллюстрацией того, что это маразм, свидетельствует тот факт, что золото, если вы сейчас захотите купить тонну золота, вы его нигде не купите. Потому что добывающие компании по законодательству обязаны отдавать через систему банков. Оседает это все так, где и должно оседать. А в изделиях вы купите либо вольфрам в слитках – сейчас самая распространенная фишка в мире, после Баффета и Клинтона. Они отлили 1200 тыс. только 400-унцовых вольфрамовых слитков и покрыли их золотом – это сейчас основной рынок «золота» в мире.

Либо вы купите монетки – такие, которые ржавеют, как, прости Господи, Георгий Победоносец в Центробанке. Либо вы купите справку – это самая распространенная покупка золота – о том, что вы купили золото. Это в «Кредитс Вис», «Ллойдс» или еще где-нибудь. Золота вы там никогда не увидите. По вполне официальным документам «Кредитс Вис» золотом золотые счета обеспечены на 1%. Стоимость этих 99% золота – это и есть стоимость, о которой вам рассказывают по радио каждый день сколько сегодня стоит золото. Это «фу», там ничего нет, это разводилово, на московском сленге говоря.

Что касается ржавчины на золоте, то у меня просто было под дубом зарыто несколько десятков тысяч момент, и когда я их отрыл, они оказались ржавыми. Я тогда сразу понял, почему в банке есть жесткое требование не вскрывать упаковку, не трогать золото руками и так далее. Мне сразу стало все понятно. Просто потому, что оно ржавеет. Ведь когда даже просто руками трогаешь, остаются всякие жировые вещи и это вызывает патину на этой подделке.

Дмитрий Плеханов: И какова была реакция Сбербанка на это?

Герман Стерлигов: Как говорят, хоть ссы в глаза... Никакой реакции. Долго упирались, не хотели принимать ржавые, но, в конце концов, под угрозой скандала приняли по формальной банковской цене, по обратной скупке.

Дмитрий Плеханов: Получается, что в этой инвестиции вы потеряли в итоге?

Герман Стерлигов: Нет. Я в бумажных деньгах не потерял и в золоте не потерял, потому что я золота, оказывается, и не купил. Это было не золото. Я дал бумажные деньги и мне отдали обратно бумажные деньги. Кстати говоря, этим люди и объясняют, что они продолжают покупать ржавые монетки. Ведь уже весь рынок знает, что центробанковские, по крайней мере, Санкт-Петербургского двора ржавеют. Московский монетный двор в этом не замечен. Не буду наговаривать. Все эти монетки были Санкт-Петербургского московского двора. Те, которые были с Московского, те не заржавели. Под тем же самым дубом лежали. Все в порядке было.

Так люди, которые сейчас продолжают покупать эту хрень, они говорят: «Да какая разница ржавеют они или не ржавеют? Важно какой курс в Лондоне в “Боулинг клубе”. Мы сейчас купим, потом продадим, наварим немного бабла. Какая разница ржавеют они или нет?» То есть это используется как ценная бумага, только металлическая. Неважно из какого она материала сделана и из чего состоит, то есть это просто такие операции.

Дмитрий Плеханов: Мы немножко ушли от изначального вопроса. Ваши дети, которые занимаются малым предпринимательством, и продают продукты, которые вы выращиваете. Вы можете сказать, что ваша семья, как субъект малого предпринимательства, она чувствует на себе кризис?

Герман Стерлигов: Да, экологический. Нас травят все время самолеты, которые над нами летают, потому с них выбрасывается огромное количество токсичных веществ, как продуктов сгорания от керосина, которые сжигает самолет. Один самолет, который летит от Москвы до Боны, сжигает в одну сторону 12 тонн сверхтоксичных веществ, которые падают нам все на голову после сгорания. Они не на Луну улетают.

Единовременно над всей Россией 2,5 тысячи бортов. На нас постоянно в режиме онлайн сыпется 25 тысяч тонн страшных продуктов сгорания. Но влияет это на моих детей, на мое малое предпринимательство? Конечно. На все влияет. А знаете, кто летает в основном на самолетах? Развратники и развратницы, потому что по делам люди летают 1-2%, все остальные люди летают отдыхать. Отдыхать – это старики как-то извращаться, в смысле ходить в коротких шортах на пляжах и фотографировать все; молодняк, чтобы быстрее соблазнить девиц или еще как-то отдохнуть. И вот ради этой хрени эти миллионные полеты во всех направлениях во всем мире высыпают на голову человечества страшный яд.

Дмитрий Плеханов: Вы говорите про кризис экологический, а я имею в виду непосредственно финансовый кризис, про который нам сейчас твердят отовсюду. Это же тоже определенный инструмент для того, чтобы людям постоянно говорить, что «есть кризис, есть кризис, есть кризис». Программирование такое. Вы его ощущаете?

Герман Стерлигов: Кризис есть один большой – это кризис всего человечества, извращение всего образа жизни. Отсюда есть следствие – экологический кризис, финансовый кризис, нравственный кризис, кризис семьи, преступности, ценностей и так далее. Человечество жило 7 400 лет нормальной в целом жизнью, не портя особо окружающую среду и не извращаясь как-то в особых формах.

Последние 100-150 лет как прорвало, особенно последние 50 лет. Меняется все на глазах. Каждый год не становится похож на предыдущий – ни по погоде, ни по климатическим аномалиям, ни по тому, чтобы найти нормальные продукты питания, ни по качеству воды. То есть ухудшается все ежемесячно, а не ежегодно. И это есть результат научного прогресса. То, что происходит с банками, с финансами, – это все результат этого проклятого научного прогресса. И ценности меняются. Вот раньше, еще совсем недавно, кому была нужна нефть? Она на хрен никому была не нужна еще 150 лет назад. Правильно? А сейчас это основной продукт.

Еще вчера было невозможно себе представить, что будут продавать воду. Завтра этот продукт будет первоочередным, впереди нефти будет стоять по стоимости и по степени важности для страны и народа, потому что вода уничтожается. А вода как уничтожается? Нефть добывается из бездны. Туда на место нефти уходит пресная вода, навсегда. Она выходит из оборота, она не загрязняется, а уходит из оборота. А та, что остается вода поверхностная, в колодцах, которую нам пить надо, она загрязняется химией. Тем, что наши мамы, папы, бабушки, дедушки и жены моют посуду, волосы красят и так далее, – это все мегатоннами ежедневно из мегаполисов сливается в поверхностные воды.

Раньше этого ничего не было, потому что мыли все горчицей, нефть была не нужна, воды было валом. Ее всегда было валом, так Господь сотворил, а сейчас посмотрите – реки мелеют, озера мелеют. Люди говорят: «Что-то все мелеет...». Как что мелеет? Нефть добывается, газ добывается, уголь добывается. На это место уходит вода и поэтому все мелеет. Где будет эта критическая планка, когда мы неожиданно окажемся в ситуации, что нам надо будет помирать от жажды?

Дмитрий Плеханов: Точка невозврата.

Герман Стерлигов: Да. Этого никто не знает. Проклятые ученые этого не знают. Политики, которые идут на поводу у этих ученых, тоже этого не знают. Бизнесмены, которые зарабатывают бабло не знают, когда их дети будут приговорены к страшной смерти. Никакие деньги их не спасут, потому что ни за какие деньги нельзя будет купить ни воды, ни пищи, ничего. Тем более, за электронные и за бумажные. Они просто обесценятся.

Поэтому то, что вы называете финансовым кризисом – это если рассматривать в отрыве от глобального кризиса человечества, когда подавляющее большинство людей подумало, что они могут ничего не делать – ни возделывать землю, ни доить коров, ни растить детей нормально – и при этом нормально жить, это приводит к гибели. Это называется научно-технический прогресс. И нам надо бороться не с финансовым кризисом отдельно, не с экологическим кризисом отдельно, не кризисом нравственности отдельно – нам надо остановить страшный, погибельный научно-технический прогресс или мы все погибнем. Или мы уничтожим ученых, или ученые уничтожат нас до конца. Я имею в виду, прежде всего, химиков, физиков, биологов со всей генетикой и так далее.

Дмитрий Плеханов: А может человечество прожить без науки вообще?

Герман Стерлигов: Так оно всю жизнь так и жило – множилось, росло, земля была в порядке. Все было в порядке. Это появилось не так давно. Вообще все зародилось только в XVI веке – и современная медицина, и порох – тогда, когда перестали казнить колдунов. Ведь колдун и ученый – это синоним. Тесло и Эдисон не называли себя учеными. Они называли себя колдун Тесло и колдун Эдисон. Или колдун Менделеев. Они так и подписывались. Это все осталось в переписке. А Тесло так вообще возглавлял всемирную ассоциацию колдунов в штаб-квартире в США до самой смерти.

Дмитрий Плеханов: Герман Львович, это вы инициатор появления экологической партии?

Герман Стерлигов: Я.

Дмитрий Плеханов: Что вас к этому привело?

Герман Стерлигов: Именно это и побудило, потому что мои детки скоро погибнут. И то, что подавляющее большинство населения не понимает, что их детки тоже скоро погибнут, мне от этого не легче. Для того чтобы сейчас защитить своих детей, нужно остановить этот страшный беспредел в международном масштабе и беспредел научных изысканий. Надо накладывать мораторий в целом ряде научных сфер на исследования.

Дмитрий Плеханов: А какие научные сферы можно оставить тогда?

Герман Стерлигов: Важно понять, какие запретить. Давайте лучше перечислим, какие нужно запретить, а о их долго перечислять буду. Запретить можно все, что связано с генной модификацией, все исследования, связанные с изменением клетки, исследования на изменение структуры воды. Вне всякого сомнения, необходимо запретить трансплантацию как формальный повод для убийства огромного количества людей ради того, чтобы выжили другие люди, которые платят деньги за органы. Надо, безусловно, запретить все, что связано с абортивным материалом. Это целые научные сферы, в которых работают сотни институтов в мире. Это должно быть запрещено в рамках уголовного законодательства. Это должно быть выведено в понятие экологического терроризма и для экологических террористов должен быть снят мораторий на смертную казнь.

Для этого надо создавать международные структуры, межгосударственные. Такие как международный экологический трибунал. Менять и создавать новое международное законодательство. Принимать его хотя бы 5-7 странами мира, чтобы потом присоединялись все остальные. Сейчас речь идет о том, чтобы создать зародыш нового отношения к экологии для физического спасения человечества. Сейчас идет работа с несколькими руководителями государств для того, чтобы они выступили в роли «центрового кулака» для того, чтобы это все начало функционировать.

Дмитрий Плеханов: У вас партстроительство на каком этапе находится? У вас есть зарегистрированное региональное отделение? Расскажите.

Герман Стерлигов: У нас есть региональное отделение. Мы не зарегистрированы. Минюст отказал в регистрации по причине экстремизма нашей программы – так было сформулировано.

Дмитрий Плеханов: В чем заключался экстремизм?

Герман Стерлигов: Экстремизм заключался с точки зрения Минюста в том, что вывод новой экологической доктрины заключается в том, что либо ученые уничтожат человечество, либо человечество уничтожит ученых.

Дмитрий Плеханов: То есть они усмотрели в этом разжигание ненависти к социальной группе «Ученые»?

Герман Стерлигов: Да. Несмотря на то, что у нас нет вообще в законодательстве социальной группы, разжигание ненависти к социальной группе. Слова такие есть в телевидении, радио, пресса, а в законодательстве такой нормы нет. Потому что если бы хотели ввести понятие «социальной группы», то даже при нашем иезуитском законодательстве это очень трудно придумать четко, что такое социальная группа. А то, что ученые особенно в таких очевидных сферах как медицина – это массовые убийцы, это понимают, по-моему, я не знаю, большинство адекватных граждан страны. Столько, сколько убили одни медики за последние сто лет, не убили ни Гитлер, ни Сталин вместе взятые.

Дмитрий Плеханов: А как человеку взять и отказаться от медицины?

Герман Стерлигов: Легко и просто – не ходите к этим колдунам в белых халатах. Просто никогда, ни при каких обстоятельствах.

Дмитрий Плеханов: А чем будет человек лечиться?

Герман Стерлигов: А Господь сотворил столько всего, чем можно лечиться ото всех болезней, что вообще никаких проблем нет. Я уже не говорю о молитве. Это уже для верующих людей заменяет все лекарства. Для неверующих есть огромная масса лекарств – травки всякие, минералы, масла, забрус, пчелки. Все проходит. Нет такой болезни, которая не исцеляется без этих последователей колдуна Парацельса. Ведь именно Парацельс создал сегодняшнюю медицину, она именно так и называется – медицина Парацельса. Туда не надо обращаться, если хочешь жить здоровым и нормальным человеком.

Дмитрий Плеханов: Помимо медицины, помимо необходимости лечения у врачей, какие на ваш взгляд существуют в современном обществе навязанные стандарты?

Герман Стерлигов: Да все практически. Кстати, на счет медицины, чтобы сейчас закончить. Мы сейчас создаем у себя в Слободе Институт медицины Гольяна – это та медицина, которая была испокон веков, всю историю человечества до появления медицины Парацельса. К этой медицине принадлежали наши святые мученики Дамиан, Пантелеймон и другие целители. Там уже в этом сезоне мы будем заготавливать травы. Сейчас строится дополнительное помещение для Института медицины Гольяна. Так что, уже начиная с осени, мы сможем совершенно бесплатно (потому что это все совершенно бесплатно растет – травки всякие и прочее) давать сборы трав людям, чтобы они не ходили к врачам и вылечивали все свои болезни.

Дмитрий Плеханов: То есть к вам прямо смогут люди обращаться туда, и их будут принимать, консультировать?

Герман Стерлигов: Да чего там консультировать? Там спрашивают: «Чем ты болеешь?» – «Простатит». – «На тебе пакетик, через месяц пройдет». Пьешь вкусный чай, вместо того, чтобы ехать куда-то в Израиль, чтобы тебя резали эти сволочи и калечили твое здоровье.

Дмитрий Плеханов: К вам – это куда? Где ваша Слобода находится?

Герман Стерлигов: Это между Истрой и Волоколамском. В Истринском районе. На моем блоге «sterligov» есть карта, найти можно через Яндекс.

Дмитрий Плеханов: А у вас там, как я понимаю, община уже существует?

Герман Стерлигов: Не община. Просто у нас соседи. Мы не живем общинной жизнью. Мы живем так, как испокон века жили на Руси. У нас там маленькая Русь. Мы живем так, как жили. Для того чтобы понять как жили, у нас есть Лицевой свод – это такое многотомное собрание, которое делалось для царский детей. Мы сейчас его тоже издаем и раздаем людям бесплатно. В Слободе можно и книги получить.

Детям тоже делаем. Сейчас я в подарок вам принес деткам (может быть, у вас у кого-то есть детки) – вот такие мы делаем раскраски, как выдержки из Лицевого свода с разными сюжетами. Это очень интересно и красочно. Как люди жили, как они воевали, любили, женились, умирали. Какие они были здоровые, как долго жили.

Это все было вранье про то, что люди мало жили. Это все вранье про то, что люди много болели. Это сейчас весь мир болеет. Сейчас весь мир живет все меньше и меньше. И уже чушь, что ни старик, то дурак головой, потому что не выдерживает голова у людей от телевидения да плохой пищи. Плохая пища тоже на мозг влияет, не только на печень. Мозг – это часть организма. У нас целые народы становятся дуракам от Америки до России, потому что жрут всякую парашу. И детей кормят этой же парашей.

Нам надо сейчас рассуждать не о финансовом кризисе – это всего лишь следствие. Нам нужно сейчас говорить о том, что надо расселять мегаполисы, что нужно минимизировать количество автотранспорта. Лет семьдесят назад были машины, но тогда они были у самых преуспевающих людей мира. Тогда те, кто очень богатый был или очень влиятельный, те ездили на шикарных лимузинах. Остальные все или пешком ходили или на лошадях. Нормально и безопасно. Никаких пробок не было. Ни вода не портилась. Нефти много не надо было. И так далее.

Надо и сейчас также. Надо экономическими методами, если нет политической воли. Делать машины очень дорогими. Бензин надо делать в 10 раз дороже, чем он стоит, для того, чтобы всякие прошмандовки и гастарбайтеры не катались от «делать нечего» вечерами по Москве миллионами или в парикмахерскую на другой конце города съездить. Каждый литр сожженного топлива отнимает литр воды на веки вечные у наших детей.

Нам надо прийти в себя – в какой мы опасности! Нам от этого не хуже будет, а лучше. Потому что вот смотрите, взять мегаполис – например, Москву. Мэр Москвы пришел в себя, и объявляет программу расселения мегаполиса. За счет города выделяются земли, покупаются горожанам, которые хотят переехать и создать свои крестьянские хозяйства. Крестьянские хозяйства, а не какие не усадьбы. Там, где они  будут производить продукты питания. Выделяются стройматериалы за счет города. Выделяются подъемные за счет города. Ведь это очень выгодно городу: чем меньше людей в городе, тем меньше надо тратить на ЖКХ, на транспорт, на дороги, на борьбу с преступностью и так далее. Правильно?

Дмитрий Плеханов: А вот схожая инициатива про родовые усадьбы, где люди будут выращивать...

Герман Стерлигов: Сейчас я расскажу про обман и родовые усадьбы. А те, кто останутся в городах, те будут счастливы, что они остались в городе, потому что город будет пустой. В нем будет много настоящих продуктов питания, потому что те, кто выехал, они будут производить эти продукты питания и поставлять в этот самый город. Нужен баланс. Нужно выходить из абсурда, когда либо одна крайность, либо другая. Весь мир кидается в крайности из-за этих проклятых ученых. Именно они все придумывают.

Что касается родовых усадьб, то там весь обман заложен в одной маленькой детали. Речь идет об «1 Га» или написано «или больше». Но если больше, то чуть больше, а не 30 Га – явно. «1 Га» значит, что тебе опять запрещают заниматься сельским хозяйством. Ты можешь только иметь огород, то есть это для сектантов, которые отрицают мясо и молоко. Именно эти сектанты это проинициировали с помощью Медведева, который не является сектантом. Но что-то его подразвели немного и он поддержал всю эту бодягу «анастасиевцев», и они продвинули через ЛДПР этот законопроект.

Объясняю почему. Потому что на одном гектаре нельзя завести даже одну корову. Потому что одна корова = один гектар, по нормативам, которые не нами придуманы. Это так жизнь устроена: сено надо косить и выпуск должен быть.

Дмитрий Плеханов: Так при нынешнем количестве жителей России, где же на всех взять столько земли?

Герман Стерлигов: Сейчас скажу. Вот одна корова = один гектар, а ведь еще же надо построить на одном гектаре чего-то. Еще не вся земля подходит под покосы и прочее. Еще дорога должна быть, еще колодец должен стоять, еще сарай нужен и так далее. Поэтому получается полгектара, то есть полкоровы. Я уже не говорю о козах, баранах и так далее. Поэтому когда речь идет о том, что «выезжайте и обустраивайте один гектар – это лучше, чем шесть соток» приговаривают. «Наши дедушки на шести сотках кормились». Шесть соток – это примерно то же самое, что и один гектар, потому, что на шести сотках скотину не завести, что на одном гектаре скотину не завести.

Поэтому это обман. Просто дьявольское прельщение. От этого нужно всячески уходить. Хозяйства должны быть по 30-50 Га. Это обычное нормальное среднее хозяйство – 30-50 десятин, как раньше их называли. А что касается того, что на всех не хватит...

Дмитрий Плеханов: Все и не будут заниматься.

Герман Стерлигов: К сожалению, хватит на всех и большая часть страны еще будет пустая, потому что у нас сейчас – не будем спорить 80 млн или 140 млн населения, потому что данные ЗакСа сильно отличаются от данных переписи. Но даже если считать, что у нас там за 100 млн населения, то из них подавляющее большинство сейчас пожилые люди. Половина из тех, которые перечислены, это не титульное население.

Из этой оставшейся половины вычеркиваем пожилых людей. В хорошем смысле вычеркиваем, потому что в 60 лет не заводят себе крестьянские хозяйства. Это дело для молодых – трудное физическое дело. Сколько наркоманов, пидарасов, пьяниц, малохольных, чудовищно больных – этого вообще никто не считал. И остается горстка людей, а еще есть дети маленькие, а еще есть женщины. Остается реально – горстка мужчин. Горстка, которая называется русским народом, из которого сумасшедшие люди сейчас хотят строить империю.

Империя сожрала весь наш народ, потому что империя – это обязательные войны, это обязательные великие стройки, это обязательные великие свершения. Идеи империи сжирают целые народы. У нас не осталось. Поэтому империя может быть какой угодно. Чеченская, таджикская, узбекская, но не русская. Русские были да все вышли.

Вот эта горстка людей, которая осталась, вот об этих людях и идет речь для нашей территории Руси, то есть Центральной России. Там еще места свободного, к сожалению, останется очень много.

Дмитрий Плеханов: Ставка на горстку.

Герман Стерлигов: У нас дело не в том, что хотите – ставьте на горстку, хотите – не на горстку. У нас есть только горстка. Поэтому других есть еще много всяких, но нас – только горстка. Поэтому нам надо исходить из того, что есть, а не из фантазий и не из красивых слов и не пьяных застольях, когда там говорят о великом русском народе. Это уже история.

Дмитрий Плеханов: Ясно. На этой довольно печальной, но реальной ноте нам приходится сегодня заканчивать. Мы скорее поставили больше вопросов, чем попытались найти ответы на поставленные. Тем не менее, мы надеемся, что это станет пищей для ума и ответы на вопросы вам удастся найти, может быть, для себя самим.

Герман Стерлигов: Это вам еще хлеб в подарок – это как раз то, что пекут мои дети, это их малое предпринимательство.

Дмитрий Плеханов: Спасибо! Спасибо вам, Герман Львович, что пришли. Спасибо за интересный рассказ, за хлеб, за пищу для живота и для ума.

Герман Стерлигов: Во славу Божию.

Дмитрий Плеханов: Спасибо вам. Всего доброго.

Герман Стерлигов: До свидания.

Отзывы

  2020. Все права защищены.

Любое использование материалов допускается только с согласия редакции.

Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл No ФС77-59858 от 17 ноября 2014 выдано Федеральной службой
по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых
коммуникаций (Роскомнадзор).

Поддержать канал