Подписка на обновления:
Подписаться

За что убили Александра II?

День ТВ   26.03.2013   10175   92   00:50:32  

Программа «История»

Ведущий
Андрей Буровский
Писатель-историк Андрей Буровский о расколе в российском обществе 19 века, и малоизвестных подробностях цареубийства.

Здравствуйте, дорогие и уважаемые все, кто меня слушает. Сегодня мы встретились по поводу и очень трагичному, и одновременно очень интересному. 1-го марта 1881-го года произошло событие, расколовшее историю России. По крайней мере, историю императорской России. До этого числа, до убийства императора Александра II, династия Романовых, или вернее Готторпских ‒ Романовых, уж если быть точным, и Россия ‒ находились в других отношениях. После этой даты прежнего абсолютного доверия династии к своему народу уже конечно не было. И Россия не могла после цареубийства воспринимать династию так же, как и раньше. Что-то изменилось, причем изменилось трагически, изменилось навсегда. И мы до сих пор пытаемся спорить, нужна ли нам монархия, что мы будем с ней делать, если заведем, и как же нам без царя? И другие важнейшие вопросы до сих пор обсуждают в XXI уже веке.

А ведь началось все именно тогда. После этого страшного и гнусного события, как-то все стало совершенно по-другому. Возник этот вопрос: вопрос о монархии в России. До этого времени проблема «царь и Россия» существовала для очень небольшого круга людей, для так называемых народовольцев, для русской версии революционеров таких кардинальных радикальных преобразователей общества, для тех, кто хотел построить особенный русский социализм. У них была своя идеология, свои представления как это сделать, им начала мешать царская династия. Вот они ее и убрали. Но уничтожив одного отдельно взятого человека, монарха, они поставили вопрос де-факто для всей страны, и мы второе столетие живем уже немножко по-другому, чем раньше.

Конечно, на фоне мировых войн, катаклизмов, революции 1905-го и 1917-го годов XX столетия кажутся не очень большими и страшными событиями, и даже не очень важными. Но на самом деле здесь много важных моментов и очень серьезных. Произошедшее убийство заставляет нас оценивать событие в нескольких пластах сразу. Самый простой и понятный: мы пытаемся понять, кем же был Александр II Николаевич Освободитель, если уж полную давать (неразборчиво, 03:07), что это был за человек, что это была за личность, чем он важен для России? Конечно, мы пытаемся понять, каковы его знаменитые реформы. Что же он сделал и почему же все-таки убили его?

В либеральной историографии все просто и понятно. Был зловещий, злобный, очень жестокий император ‒ Николай I Павлович. С ним все понятно ‒ это Николай Палкин, который ничего кроме палки не знал и не хотел, при котором всех в  России беспрерывно секли. Он завел очень жесткий режим своего властвования, опирался на бюрократию, говорил, что его царством правит 50 тысяч столоначальников, который очень жестоко держал Россию ‒ «только строгостью и жестокостью, и никаких реформ» ‒ сумел удержать то безобразие, крепостное право, жестокость, бюрократию. А после него пришел хороший Александр. Пришел после проигранной Николаем Крымской войны, и сразу все стало хорошо. Александр II был очень хорошим, очень правильным царем. Он был либеральным императором. Он хотел сделать как можно больше хорошего своему народу, и поэтому привел широчайшие реформы.

Вот Николай I был плохой, он реформ не проводил, а Александр II был хороший, он проводил большие реформы: он раскрепостил крестьян, потому и Освободитель; он завел судебную реформу; земскую реформу, то есть передал часть управления на места; судебную реформу; военную реформу, то есть перестал брать рекрутов, и первое что он сделал, придя к власти, ‒ на три года отменил рекрутчину, а рекрутчина, как известно, была чем-то очень плохим. Это официальный либеральный взгляд.

В дальнейшем примерно так трактуется история, что после реформ Александра II Россия получила колоссальный толчок развития, то есть хороший Александр сделал то, чего не мог сделать плохой Николай. Он дал мощный толчок развитию России, развитию русского капитализма, развитие самоуправления в России. Все при нем стало лучше ‒ это официальная точка зрения. Она была официальной и в царской России, такой полуофициально ругать Николая не полагалось до 1917-го года, но то, что Александр лучше, либеральней, больше был угоден обществу ‒ об этом говорилось совершенно откровенно. Он как бы был царем, больше обращенным к народу.

При советской власти стало все еще проще и понятней. Была полностью усвоена точка зрения народовольцев на этих двух государей и на их политику, на эти периоды в русской истории и они были даже усугублены, то до чего не додумался самый буйный народоволец, проговорили коммунисты. Все стало очень понятно до конца, плохой -  хороший, черное – белое.

Давайте попробуем понять, а что конкретно сделали оба государя? Какие реформы были проведены Александром II? Во-первых, раскрепощение крестьянства. А сколько вообще крестьян он освободил? Большинство людей, если задать им этот вопрос, и если зрители, сейчас я буду вспоминать, то у них в голове сразу возникнет ощущение: так ведь Александр же всех крестьян освободил! Они все были в крепостной зависимости, пришел Александр, и их всех спас, или не меньше половины.

Кто пообразованней помнит, что крепостными крестьянами в частной собственности было даже при Екатерине II чуть больше половины крестьянства. Оказывается, интересная вещь. Ведь освободил-то Александр II всего 28% крестьян. Не мало, согласен, но получается, половину то крепостных освободил уже его родитель ‒ этот скучный, противный, злобный Николай I. Уже как-то реформа по-другому выглядит.

Во-вторых, для крестьян реформа оказалась не столько великим благом, сколько разорением. Ведь их освобождали без земли. Правительство Николая, да оно правило путем бюрократии, да, царское правительство пыталось быть арбитром между разными классами и сословиями. За счет этого Николай, хотя бы пытался учитывать интересы не только дворянства, и очень часто крестьян освобождали при нем с землей, хотя бы с частью земли. А реформы Александра с самого начала был абсолютно верхушечными, дворянскими.

Во всех губерниях помещики имели право определять, какое количество земли и на каких условиях они могут отдавать крестьянству. То есть там, где земля была дорогой – они оставляли себе, где она была дешевой – они легко отдавали ее крестьянам, требуя высоких выкупных платежей, и получали живые деньги. Напомню еще, что крестьянство не было так однозначно освобождено и все. До 1905-го года, то есть больше сорока лет существовала временно-обязанное положение, то есть крестьяне временно, до внесения выкупа, были помещику обязаны прежней работой. То есть фактически находились в той же самой крепостной зависимости. Как ни странно у крестьян это не вызывало большого восторга.

Вообще есть такая интересная закономерность. Можно очень точно определить отношение к государю по тому были ли самозванцы, которые назывались его именем. Обратите внимание, ни одной самозванки Екатерины. Ни одной. Было несколько Александр Федоровн, было несколько Марий, то есть самые различные самозванки в России были, но ни одной Екатерины, ни одного Петра I. Ни один сукин сын ни разу на протяжении истории России не притворялся Петром I. Было много Петров III, было много Павлов I, и было около сорока Николаев I, которые чудесным образом спаслись. Про Александров I ‒ молчу, они тоже ходили толпами. Известно, по крайне мере, сорок или пятьдесят. Но нет ни одного самозванца Александра II. Он же у нас «Освободитель», его народ должен был очень «любить», так почему же ни одного самозванца? А ответ простой и жесткий: потому что наше милейшая (извиняюсь за выражение, дамы меня простят) наша интеллигенция, присвоившая себе право говорить от имени народа, наврала с три короба, выдавая свое классовое, частное, корпоративное представление за народное.

Примеров таких подтасовок ‒ миллион. Вот хотя бы отношения к Степану Разину. В представлении интеллигенции, извиняюсь за выражение, наши, простите меня, пожалуйста, прогрессивные люди, в пылу, извиняюсь, прогресса рассказывали сказки: будто народ очень любил Степана Разина и он был народным вождем. В народных легендах, в легендах реального крестьянства (не того, которое высосали с пальца народовольцы, а реального мужика, который копал землю и снабжал нас с вами хлебушком), в его представлении Степан Разин ‒ страшный преступник, в аду он вечно грызет раскаленные кирпичи за свои бесконечные преступления. Народ считал Разина разбойником и негодяем. Он никогда не был народными заступником и народным героем. Но, извиняюсь за выражение, интеллигенция объявила его своим «инородным» кумиром.

То же самое и здесь. После бесчинств Герцена и другой (я не буду употреблять эпитеты, все они будут непечатные) прочей сволочи (это самое мягкое название), после художеств нашей замечательной, народовольческой, извиняюсь за выражение, интеллигенции, которая самозвано назвала себя интеллигенцией, то есть понимающими, вот в представлении этого ордена «понимающих» и «знающих» Александр II был великим Освободителем. В представлении народа, освободителем он не был. Так же Николай I не был преступником, Палкиным и негодяем. Народ оценивал их совершенно по-другому. Это первое и очень важное для дальнейшего понимания.

Второй момент не менее важный. Все реформы, которые казалось касались более элитных, городских слоев общества, земская реформа, судебная реформа, военная реформа, но ведь это же были фикции реформ. Единственная реформа, которая принципиально что-то меняла ‒ пожалуй, это военная. Военная реформа действительно, реально что-то изменила в России. Она действительно изменила отношение народа и правительства. Народ стал по-другому платить налог кровью. Если убрать красивые словеса, наговоренные, тысяча извинений, интеллигенцией, то любая служба в армии есть не что иное, как налог кровью. Вопрос. Как он платится, кем и на каких условиях? Этот налог стал уплачиваться по-другому, форма иная. Во многом за счет этого смогла сделать резкий рывок, завершив Кавказскую войну, ступив широкой ступою в средней Азии, округлив все владение плоть до берега Тихого океана.

Правда, во всех трех случаях Александр II только заканчивал то, что начал его батюшка. Но закончил, действительно, вполне успешно и с прекрасным результатом, это надо отметить. Но, интересная вещь, даже внешняя политика Александра, ничуть не успешней николаевской. Николай проиграл Крымскую войну, или как называли ее в Европе Восточную войну. Проигрыш в этой войне ‒ это довольно условное дело. Проиграл в гораздо меньшей степени, чем пытается нас убедить, извиняюсь за выражение, интеллигенция. Даже самое главное, вроде бы Турецкую войну 1878-1879-го годов Россия выиграла. Верно? Выиграла. Русские офицеры в бинокли уже видели Константинополь, и его минареты, и прочую гадость, которую мусульмане насовали вокруг Святой Софии, древнего собора, поставленного еще в эпоху Юстиниана великого. Это был очень популярный лозунг в России, во всех слоях общества: «Водрузить Крест над Ая-Софией (над Святой Софией), сбросить с полумесяца прочую «дребедень», и восстановить Византийскую Империю». Это был бы колоссальный шаг.

Но ведь именно Царь, Император Александр II, прямо велел Скобелеву остановить наступление. Почему? Об этом можно много рассуждать, но если убрать все рассуждения, извиняюсь, интеллигенции, остается очень простая, нелицеприятная правда: потому что был сговор. Был даже не страх Александра перед тем, что наваливается на бедную Россию вся Европа, а был четкий сговор, предпринятый в интересах Англии, Германской империи (тогда она уже возникла к тому времени) и Австро-Венгрии. Об этом Скобелев говорил много и откровенно. Он говорил о немецком засилье в России, и говорил о том, что, может быть, ему провидение вручает возможность остановить это засилье и сделать Россию русской, а не полунемецкой. То, что он был найден мертвым в одной из гостиниц Москвы, широко известно.

Либеральная, извиняюсь, пресса тут же объяснила о том, что он был у какой-то проститутки. Она-то его и убила. И вообще он, может быть, умер от неизвестных причин. Сам собой 39-летний богатырь взял да помер или какая-то девица, там лет семнадцати его задушила или отравила, или просто от больших усилий он на ней помер. В общем, непонятно. И серьезно. Для всех было очевидно в те времена, для всех очевидно сейчас, Скобелева убили. Убили не за ту ли, правду, которую он осмелился произнести вслух. Нехорошую правду, очень неудобную для правящей династии, такой Гольштейн-Готторпс‒Романовской династии, а то мы называем себя Романовыми, а ведь это не совсем точно. Так что и внешняя политика в России не столь великолепна при Александре II, как часто пытается убедить, тысяча извинений, либеральная общественность.

Судебная реформа ‒ это еще в большей степени фарс, чем нам кажется. Судебная реформа формально выводила следствие суд (особенно суд) непосредственно из-под власти бюрократии ‒ появлялся суд присяжных. Есть такие интересные детали. При Николае, да, следствие и суд были целиком в руках бюрократии, однозначно. Общество само себя не судило. Но тут два очень чудесных обстоятельства. Во-первых, а кто собственно вам сказал, дорогие мои соотечественники, что это очень хорошо ‒ самих себя судить?

Вы знаете, вообще, откуда взялся суд присяжных? Почему возникла формула английского суда «Мы судим себя как равные равного и свободные свободного»? Она родилась от того что многопочтенные лорды не хотели заниматься делами простонародья. Брезговали они простонародьем своим. И вот тут с них возникла такая система ‒ судят равные равного: быдло судит быдло, а высокородные лорды судят высокородных лордов. Так уж у них было заведено. Это первый очень важный момент, то есть сам по себе суд присяжных ‒ это же не панацея, это не очень хороший, не очень этичный способ решать судебные дела. Кстати в России неэтичность, некрасивость суда присяжных проявилась очень ярко ‒ то, что было невозможно при Николае. Чуть позже об этом скажу подробней.

Чуть позже вот почему. Дело в том, что бюрократия, при Николае I, не применяла средств устрашения при ведении следствия. Розга, тем более орудия пыток были не просто строжайше запрещены, а страшно был бы наказан чиновник, который попытался бы их применять. Разговоры о рукоприкладстве в процессе введения следствия, скажем так мягко, сильно преувеличены. Чиновники были запуганы. Не как при Сталине казнью или лагерем, но лишением должности. Лишится должности, потерять карьеру чиновник при Николае мог совершенно реально. Получается, подследственных-то не запугивали, не секли и не пытали при «плохом» Николае. При «хорошем» Александре любое политическое дело всегда шло с жестким применением насилия и устрашения.

В том числе, почему произошло легендарное покушение на Трепова, когда Вера Засулич разрядила в него револьвер? Да очень просто. Стало известно, что высекли некого студента, который не снял шапку когда вошел градоначальник в комнату. Правда это или неправда? Спорить не буду, но у общества были основания думать, что подробное возможно. И вот получается гримасы судебной реформы эпохи Александра II, с одной стороны, полиция получает возможности права, которых у нее не было раньше, с другой, общество реагирует. Вера Засулич стреляет, а присяжные ее оправдывают. Если вдуматься, можно ли было оправдать девицу, покушающуюся на градоначальника ‒ просто пожилого человека, у которого остается семья? Это же полное безумие.

Безумие все абсолютно действия. И попытка сечь этого студента, потому что он шапки не снял. Полное, конечно, варварство, кто же спорит? Попытка убийства, исполненная варварства и новый виток судебных преследований. Действия общества совершенно варварские. То есть Россия четко при Александре делает шаг назад, а не шаг вперед. Может быть, как раз раскрепощение крестьян без земли и судебная реформа наиболее яркие примеры того, Каким образом монархия, которая пыталась быть монархией всех русских, всех россиян превратилась окончательно в монархию, если не только дворянства, то, по крайней мере, образованного слоем.

У меня есть книга, которая называется «Два народа в одном». У меня есть книга, сделавшая несколько изданий в разных обложках, тут «Два народа в одном» или «Правда о русских туземцах», разное название у нее. В ней я пытаются показать, что в истории России после Петра, после этого замечательного человечка, сложилось в России два народа. Великороссы распались на две ‒ если не две нации, то, по крайней мере, на два субэтноса: русских европейцев и русских туземцев. Из туземцев можно было попасть в европейцы. Солдат, который отслуживал 20 или 25 лет. Мелкий чиновник, который прослужил и сделал карьеру. Предприниматель, который смог получить какое-то небольшое, но богатство в городе. Он легко обучал детей в гимназии, он получал образование  и становился европейцем. Но, тем не менее, разделение было четкое и жесткое, очень однозначное разделение.

Александр II четко и ясно стал императором только у русских европейцев. Совершенно откровенно русские туземцы при нем окончательно превратились в подобие колониального народа. Они есть, но они не являются субъектами политики в империи, они ‒ никто, их нет. Они где-то там присутствуют, но и принципиально ничего не меняют, они не важны. И это принципиально важно для всех судеб и России в целом, и династии.

Может быть, я слишком много говорил о предыстории убийства, вернее о том, что происходило в России, о  том, как оценивались обществом эти реформы, как они были в реальности, а не в воспаленном воображении революционеров, и как они выглядят в  учебниках истории. Все было намного сложней и многоплановей.

Конечно же, отношение общества к императору Александру, определялось еще и его личными качествами. Можно сколько угодно смеяться над немецкой сентиментальностью почти немца Николая I и немцы Бенкендорфа. Когда Николай вручает ему носовой платок, чтоб утирать слезы обиженных и несправедливо униженных людей. Можно считать лицемерием, если  хотите. Когда Николай обнаружил, что за гробом умершего солдата некому идти, сам пошел за этим гробом. Но ведь в этих действиях, пусть демонстративных, очень много хорошего: император честно пытается быть со своим народом.

Я напомню, что Николай не праздновал труса, не во время пожара зимнего, и вместе со всеми выносил сокровища из горящего Зимнего дворца, не во время событий 14-го декабря 25-го года. Он приказал ‒ я прошу прощение у дам или не буду употреблять необходимого эпитета ‒ он просит у взбунтовавшегося «и так далее» картечь велел пустить в ход именно он. Он был готов при штурме Зимнего сам лично с оружием в руках стоять против бунтовщиков. До этого к счастью не дошло. Храбрыми бунтовщики были больше в собственном воображении ‒ после первого же залпа побежали, но ведь дело могло быть очень жарким. Ведь вполне реально могла вооруженная толпа из обманутых солдат быть брошенной на Зимний дворец. В какой-то момент это было совершенно реальным.

Николай I вызывал  уважения своими личными качествами. Он не считал себя, что очень важно для монарха, выше или лучше других людей. Для  правящего лица очень важно хотя бы иногда показывать, что он такой же, как все люди. Когда во время представления вдруг внезапно входит монарх в зал ‒ это оказывает огромное воздействие на людей: «Он вместе со своим народом, он делает то же, что и мы». Кстати, императоры ходили по Зимнему дворцу и по всему всей территории Петербурга без охраны, или почти без охраны. По крайней мере, Александра III однажды сбила в Летнем саду на велосипеде моя личная знакомая. Я еще помню эту старушку. Она гимназисткой каталась в летнем саду и налетела на императора. Николай тоже гулял один по Петербургу, он не боялся своего народа.

Александр считал себя миропомазанным величеством, которое ходит несоизмеримо выше остальных людей. Перлюстрированные письма клали ему на стол. Он часто вмешивался в частную жизнь подданных. Некая дама вдруг получала письмо императора о том, что он велит ей немедленно бросить своего любовника и ее вернуться к мужу, потому что  нельзя так гадко поступать замужней даме. Или некоему студенту приходило письмо императора с требованием прекратить свои мерзкие интрижки, прекратить шляться по публичным домам и немедленно заняться учением. Как вы думаете, эти истории становились обществу известны? А люди думали об этом, они оценивали поведения своего государя или нет? Вот мне кажется вполне очевидным, что некоторые оценки давались, делались, и это тоже откладывало отпечаток на то, что происходило вокруг, на эту мерзкую охоту на царя.

Да не будет сказанное мной неким объяснением в понимании политики народовольцев или согласия с тем скотством, которое они устроили. Ведь удавшееся убийство императора ‒ это по одним подсчетом пятое или шестое, по другим седьмое или восьмое покушение. В Зимнем дворце пытались устроить взрыв. При этом погибали ни в чем неповинные люди, просто оказавшись рядом. Пытались неоднократно разрядить в императора револьвер ‒ это легендарные Ишутин и Каракозов в том числе. Два неудачника, которых при советской власти пытались канонизировать, да не удалось. Никак не получалось из них сделать выдающихся личностей. Два отпетых неудачника, бездельника, которые ничего не могли сделать путного. И Каракозов-то, легендарно стрелявший в царя, страдавший от неразделенной любви, страдавший от ощущения своей ничтожности, от того, что он ‒ никто и ничто, и состояться ни в чем не может. Выглядел крайне жалко. Это очень не привлекательные, очень неприятные люди.

Но ведь получается интересная вещь. В обществе все прекрасно видели, что получается буквально охота на императора, то здесь гремит взрыв, то там раздается выстрел. И ведь общество в очень слабой степени, в очень малой мере помогает своему правительству. Общество дистанцируется. Оно не с народовольцами, не надо врать. Не надо выдумывать, будто русская интеллигенция поддерживала революционные бредни на 80%, на 90%. Ничего подобного. Русская интеллигенция, извиняюсь за выражение, на 80%, на 90% (вот сословие русских европейцев) была абсолютно аполитична. Как плоть от плоти, кровь от крови, свидетельствую. Интеллигенция, прошу извинить дам за выражение, 80-90-х годов позапрошлого столетия никакого отношения к революционной пропаганде и агитации не имели. Но они же не протестовали против того что делали эти 10-15% этих сукиных детей. Они же не мешали остальным вести революционную пропаганду, а то и просто совершать откровенные преступления.

То что произошло 1-го марта 1881-го года смогло произойти только потому, что общество в том числе верхи общества, его образованная часть, нечто подобное дозволили. Кстати, когда поймали Каракозова, ‒ этот великий «снайпер», стрелял в императора с расстояния в пять или семь метров, и промахнулся голубчик. Когда казаки поймали его, император не велел его бить, добрый был чересчур, он сказал: «Я хочу с ним поговорить, подведите ко мне моего убийцу, ‒ и спросил у него. ‒ Ты ‒ русский?». ‒ «Да, Ваше Величество, русский», – заорал Каракозов, а император побледнел. Это очень интересный момент. Видимо император Александр продолжал верить в то, что великоросс не может пытаться убить своего императора. Россия и династия как-то очень важно и мистически связаны между собой. Он думал, что его может поляк, выкрестившийся еврей, финн, немец, но не русский человек. Так быть не может.

Крик Каракозова сам по себе уже, на мой взгляд, поставил точку в отношениях страны и династии. Окончательно эту точку поставил взрыв бомбы Гриневецкого, ‒ это уже был последний момент. Кстати, при этом взрыве были жертвы не только в лице императора, ‒ погиб мальчик, приехавший посмотреть на своего царя. Едет царский поезд, интересно же посмотреть кто он царь, как он выглядит? Мальчик вышел и в него прилетел осколок. Кстати, первый вопрос царя, когда он очнулся после обморока, был: «Что с мальчиком?».

Пусть все, сказанное мной о политике Александра, не будет истолковано в пользу того,  что он был трусливый, плохой или мелкий человек. Он на мой взгляд, субъективный, вел глубоко неверную политику, в отличие от своего батюшки. Но это отдельный вопрос.

Еще один важный аспект произошедшего, огромный по значимости, но часто ускользающий от нас. Ведь с самого начала всем было как бы очевидно, все знали «что».  Все знали, что убили Александра II, кто? Народовольцы! Конечно же. Но существует очень много интереснейших деталей, которые заставляют увидеть в событиях еще одну силу, которая опять же пришла в движение и в действие не без усилий самого государя. Я думаю, что если я произнесу слова «Священная дружина», то для очень многих из моих слушателей, даже образованных людей, это будет выглядеть как такие шаманские оклики или заклинания. А ведь Священная дружина ‒ это тайное общество, состоявшее из высших чинов империи, которые поставили целью не допустить в России революции, не допустить в России кардинального революционного изменения политического строя. Причем в числе членов дружины были великие князья, и были такие интереснейшие люди, как князь Щербатов ‒ это был очень яркий и очень интересный и чрезвычайно активный человек. Причем Священная дружина была крайне законспирированной, очень мало афиширующей себя, и почти никому незнакомой организацией.

Что характерно, когда временное правительство захватило все царские архивы и стало их шерстить, искать крамолу и доказательства того, что династия была очень плохой и предавала национальные интересы, интересная вещь ‒ мало того, что не нашли ничего решительно, так ведь о Священной дружине почти никаких упоминаний. Но Священная дружина существовала. Число ее членов называют разное от 1600 до 16000 человек, и все они были людьми активными, образованными, деятельными и крови не боящимися.

Ситуация в самой династии была, скажем так, двусмысленная. Во-первых,  никто конечно не может гарантировать царю, к сожалению, семейного счастья. Печальная вещь, да? Царь должен жениться, выполняя династический закон, то есть число потенциальных невест, у царя заведомо ограниченнее, чем у рядового человека. Но вообще в XIX веке с этим было не так как сейчас. Когда  у каждого взрослого человека в России потенциально буквально миллионы невест. Когда-то Пушкин посчитал, что во всей Российской империи он может жениться не более чем на ста девушках. Вот реальный кадровый запас, он очень маленький. У императора он еще меньше.

Мы все знаем что Александр II был очень несчастным в браке, на столько же на сколько похоже счастлив в браке был Николай I. Николай Павлович неоднократно совершал акты супружеской измены. Он был довольно активный, так сказать, ходоком, и тем не менее был счастлив с женой. Такое бывает. Александр II очень мало изменял жене, и, тем не менее, был с ней очень несчастлив. Они находили, похоже, очень мало точек соприкосновения. Поэтому появление «параллельной» супруги не вызывает большого удивления. История Екатерины Долгорукой, по-моему, даже была экранизированная недавно. В таком очень романтическом духе: красавицы, балы, переодевания, все это очень увлекательно, красивые девушки, красиво танцующие, на красивом паркете в красивых одеждах. Все это очень хорошо, но когда возникает вторая императорская линия, ‒ это всегда вызывает настороженность и в самой семье монарха (наследник-то уже взрослым был) и естественно у всех, кто стоит близко к трону, и у всех, кому небезразлична судьба России и монархии.

Тем более, что после смерти супруги Александр II Николаевич официально женился на Екатерине Долгорукой. Она официально стала его женой, и дети от нее тоже официально были усыновлены, то есть это были члены императорской фамилии. Если бы император ввел себя иначе, проблема может и не возникла бы. Но он, как и очень многие до него, хотел видеть на престоле именно детей от любимой женщины. Опять же только уважение вызывают его чувства. В конце концов, женившись на Екатерине Долгорукой, он был ей верен, он был искренне увлечен. Все это очень красиво, очень романтично, очень изящно. Кстати, поведение самой Екатерины Долгорукой чрезвычайно привлекательно, которая года два бегала от царя и просто, боялась его ухаживаний. В конце концов, предалась ему безмерно, и в конце была просто верной женой, родила ему несколько детей.

Тем не менее, когда император говорит, что его Георгий ‒ это и будет идеальный император, вот он-то и есть правильный наследники и после него на престол он должен воссесть. Георгий от Долгорукой, не от первой жены. Простите, наследники уже существуют. Они уже даже не очень маленькие. Они уже готовятся к царствованию. Как-то, знаете, возникает довольно много вопросов.

Священная дружина в этой ситуации ‒ я ни на чем не настаиваю, но ставлю большой и жирный знак вопроса. А почему собственно мы так уверенны, что народовольцы действовали по собственному разумению? Есть много очень странных случаев, когда полиция знает о том, что готовятся бомбы, но почему-то не принимает мер. Знает, под какой фамилией живет нелегальный Андрей Желябов, но не принимает мер. Когда всем известно, что народовольцы затевают новое покушение, но никто не принимает мер. Более того, когда каким-то странным образом изменявшийся несколько раз маршрут царского поезда становится известен разбойничкам, и они получают возможность совершить покушение. Это наводит на очень большие размышления. Я ни на чем не настаиваю, я просто «кидаю» такую мысль.

Вполне возможно, что история России хранит еще и эту загадку. Загадку, которой казалось бы не существует. Народовольцы не отрицали того, что сделали. Они искренно полагали, что действовали совершенно самостоятельно. Это мы, уже зная некоторые архивные документы, зная, вернее слыша очень интересные показания участников событий, сделанных уже в ХХ веке, можем задавать вопросы. Ни на суде, ни до суда народовольцы не имели такой возможности. Однако вопросы будут хотя бы заданы, хотя ответить на них в данный момент, пожалуй, невозможно. К сожалению, бывает вопрос, который проще задать, нежели разрешить.

Наконец последнее, о чем нам следует поговорить сегодня, тоже очень важное. Правда, а каковы последствия цареубийства? Об одном мы сказали сразу ‒ резко изменились отношения династии и России в целом. Был подведен четкий итог, стало окончательно понятно, что династия Гольштейн‒Готторп–Романовы не является народной, или скажем так, всенародной династией. Каждый царь в этой династии мог выбирать: быть ему царем всего народа или его привилегированной и образованной части. Начиная с Александра II, выбор был сделан вполне однозначный и очень четкий. К моему большому сожалению, но он был сделан.

После Александра происходит стремительная деградация династии. Вот просто маленькое сравнение. Николай I лично дружил с Жуковским, тесно общался с Пушкиным. Когда ставился «Ревизор» Гоголя император хохотал так, что приходилось останавливать представление: он хлопал себя по коленям, громко хохотал, выбегал, при том, что он был человеком очень воспитанным, но он буквально удержаться не мог. После чего было сказано: «Досталось всем, а мне в первую очередь». Но заметьте «Ревизор» Гоголя открыто шел во всей Российской империи. Император лично был знаком с ведущими литераторами своей эпохи. Он поддерживал ученых, он хотел знать достижения инженерной мысли своего времени. Он совершал ошибки на этом пути. В частности, он был яростным врагом строительства пароходов и считал, что ничего хорошего здесь не получится.

Но, кстати, если вы помните, то Наполеон тоже считал, что парохода быть не может. Фултон, создатель парохода, уехал в Америку, потому что Наполеон сказал: «Вы обманываете своего императора. Как вы смеете говорить такие глупости, будто тяжелый железный предмет может плавать? Вы лжец! Вы пытаетесь меня обмануть и вытащить из меня деньги!». Вот так же и Николай I считал, что пароход ‒ такое дьявольское изобретение и ничего хорошего из него не получится. Но он хотя бы пытался знать, что же придумывают инженеры. Что делают ученые, и, кстати заметьте, именно при Николае армию стали использовать для введения карантинов. Достижение тогдашней медицины в Российской империи помогало остановить эпидемию холеры.

Кстати в Британии солдаты не использовались для рогаток, поэтому в колониальной Индии и в самой Британии холера гуляла как хотела. Нет, я понимаю, демократия ‒ превыше всего. Наверное, британские детишки, умиравшие от холеры, потому что некому было ее остановить, были особенно счастливы, что умрут в демократическом обществе, где проклятые императоры не могут своим мерзким своеволием останавливать движения людей и товаров на дорогах. А в Российской империи, в этой проклятой империи фасадов, которую клеймил великий Герцен, отвратительный чудовищный Николай завел систему карантинов. Благодаря этой системе карантинов в Российскую империю входила холера, но очень быстро в ней захлебывалась. Буквально почти не могла выйти за пределы портов. Умирало много людей, но сравнить процент смертности в России и в Британии ‒ выбор приходится делать в пользу России. Это Николай I, который был не чужд ни наукам, ни искусствам своей эпохи.

А вот Николай II, как выяснилось, не слыхал о существовании Льва Толстого. Он его в 18-м году прочитал, когда уже в Екатеринбурге сидел, делать было нечего, ему книжку подсунули. «Ух, ты! ‒ говорит. ‒ Какой интересный литератор, оказывается, у нас живет», а так он даже не слыхал про него. И уж конечно в зимнем дворце не бывали ни литераторы, ни художники той эпохи. К сожалению. К нашему огромному сожалению. Правда, император Николай II был на выставках Сурикова и Репина. Этих двух художников он хотя бы знал. Уже приятно. Но тех дружеских отношений, которые были у императорской семьи с Жуковским, ни с кем из ведущих деятелей культуры начала ХХ века у императорской фамилии не было.

Итак, вот первая понятная линия. Оскудение династии, ее одичание, ее отдаление от реальной России. Страна живет сама по себе, династия сама по себе, уже плохо. Но ведь даже это не все.

Второе следствие еще более печально. Ведь получается так, что в России не нашлось той силы, той третьей силы, не средневековой мракобесной, ни народовольческой, которая могла бы прекратить противостояние и образованной части общества, и династии  официального правительства, и народа, и династии. Получается так, что исчез арбитр ‒ это очень важный момент. Да, конечно, после того как был убит император, члены династии не могли относиться к России с тем же доверием как и раньше. Но ведь можно было пойти разным путем. Можно было среди всего прочего пытаться сблизиться со своим народом, нужно было хотя быть пытаться восстановить эту близость. Ту близость, при которой император не может поверить, что в него стрелял россиянин ‒ это инородец, наверное, не мог русский человек целиться в своего императора, так не бывает. Можно было хотя бы попытаться восстановить это.

Получается так, что силы такой не нашлось. Россия продолжала развиваться, двигаться, но как-то не вперед, а словно в бок. В ней накапливалось напряжение, накапливалось противостояние классов друг с другом. Государство начало устраняться. При Александре II это проявилось с очень большой силой, после него только нарастало.

У меня в руках одна из последних моих книг, которая посвящена судьбе Романовых «Хозяева Земли Русской». У меня сложные отношения к этой династии. С одной стороны она была еще совсем недавно, и история России, и история моей семьи в огромной степени приходится на эпоху их правления. Мы не можем сбросить ее со счетов. С другой ‒ эта династия очень печально кончила. Можно только присоединиться к императору Александру III, который поставил великолепный Спас-на-Крови на месте гибели своего отца. Можно быть только вместе с человеком, сыновьи чувства которого очень понятны и чье поведение только вызывает симпатию. Тем более, можно и должно быть вместе с императором, который основывает Русский музей. Он был основан для того, чтобы показать, что в России тоже происходят какие-то культурные процессы, в России тоже это есть, не только на Западе. И нужно не только покупать раритеты французских и немецких художников, ходить в Эрмитаж, но можно создать особый Русский музей, который будет не хуже Эрмитажа.

Можно и должно высоко оценивать императора-богатыря. Который честно пытался вытянуть Россию, в частности его (Александра III) великолепный разговор с Витте, когда он спросил: «А можно ли поднять нашу экономику, не изменяя политического строя?». ‒ «Конечно, можно», ‒ сказал Витте. «Вот ты это и будешь делать!» ‒ сказал царь. Но это тема уже особого разговора, и вести его, наверное, придется, и нужно вести, по поводу какой-то более оптимистичной даты.

Сегодня, 1-го марта, мы можем только горевать о том, что произошло. Не только о смерти своего императора, потому что хороший или плохой, праведный или не праведный, ошибавшийся или не ошибавшийся, или делавший все хорошо, но Александр II Николаевич Освободитель был нашим императором. Но приходится упомянуть и его, и двух раненых казаков, и убитого мальчика, имени которого я к своему стыду просто не помню.

До свидания!

Отзывы

 

  2020. Все права защищены.

Любое использование материалов допускается только с согласия редакции.

Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл No ФС77-59858 от 17 ноября 2014 выдано Федеральной службой
по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых
коммуникаций (Роскомнадзор).

Поддержать канал